Новый мир

Объявление

Добро пожаловать!

Постапокалипсис, экшн
Великая Смерть пришла 15 лет назад, убив всех взрослых и оставив тех, кто не достиг половой зрелости. Но дети выросли...

НОВОСТИ

► Добавлен новый игровой раздел, где можно поучаствовать в событиях Великой Смерти

► Форуму исполнилось 5 лет!

► Добавлены новые акции, ждем оперативников и жителей Планкинтона!

Время в игре:
21-31 мая 2029 года.
Погода в Планкинтоне:
от +6 до +14 С, облачно

► Убит Тони! Глава города Планкинтон застрелен прямо на улице на глазах многих жителей и гостей города. Позже один из его подручных убил Стива - правую руку уже мертвого главы и призвал горожан встать на его сторону в обмен на все, что можно снять с этих двух трупов.

► В Гром-горе пропал оперативник. «Великая смерть возвращается» - такое последнее сообщение оставил Майкл для руководителя Гром-горы. Но никаких предпосылок и симптомов болезни на поверхности не обнаружено. Начались поиски пропавшего громовца.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Новый мир » Великая Смерть » Дотянуться до звезды


Дотянуться до звезды

Сообщений 1 страница 15 из 15

1

http://s6.uploads.ru/Aa5pZ.png
Дата: 13 апреля 2014 года
Место: МКС
Участники: Шон Коллинз, Кристиан Белл

Начало экспедиции МКС-40, которой не суждено закончиться.
[nick]Шон Коллинз[/nick][icon]http://s3.uploads.ru/vHcjl.jpg[/icon]

[html]<iframe frameborder="0" style="border:none;width:240px;height:70px;" width="240" height="70" src="https://music.yandex.ru/iframe/#track/335980/33795/hide/cover/black/">Слушайте <a href='https://music.yandex.ru/album/33795/track/335980'>Space Oddity</a> — <a href='https://music.yandex.ru/artist/4650'>David Bowie</a> на Яндекс.Музыке</iframe>[/html]

Отредактировано Микки (2018-04-06 14:32:27)

+1

2

Первый полет в космос. Шон столько к этому готовился, столько часов провел на тренажерах, в скафандре или в условиях невесомости, и все равно чувствовал себя так, словно делал все это впервые: надевал скафандр, в котором уже наверняка полетишь в космос, устривался в ракете, куда трое астронавтов кое-как поместились. Им овладело такое волнение, что оно, казалось, просто разорвет изнутри.
А вот страшно не было, по крайней мере до взлета – совсем не страшно. Отработанные досконально действия, концетрация на задаче не давали отвлекаться на страх. Несмотря на неудобство и чувство, что эта жестянка вот-вот развалится, Шон был уверен в успехе. Русские говорили, что лучше выжить в неудобном Союзе, чем умереть в комфортабельном Шаттл. В общем, они были правы, статистика подтвержадала, а Шон, будучи инженером, ей верил, и точно знал, что иногда вещи, которые кажутся хлипкими, таковыми не являются.
Подготовка к полету шла долго, и уже на старте, когда основные проверки были пройдены, и ракета готовилась ко взлету, в эфире повисла тишина, лишь иногда прерываямая оператором с Байконура, который сообщал о каждом этапе старта.
Шон чувствовал вибрацию, он знал, что дальше будет только хуже, но к перегрузкам готовился около трех лет, так что выдержит их. Помимо перегрузок нужно будет и работать, быть астронавтом – это ведь не просто сел в ракету и полетел, у каждого члена экипажа есть свои функции по управлению и слежению за приборами.
Но все происходило как-то быстро, Шон даже не успел еще больше переволноваться. Вибрация, ускорение, перегрузки и - бац! Уже космос. И невесомость, которую чувствуешь сразу, несмотря на то, что крепко пристегнут к своему месту. Шон широко улыбнулся, наслаждаясь этим чувством эйфории и видом, который им открывался. Все такое непривычно яркое и чертовски контрастное.
- Вау… - только и смог произнести он.
Потом снова проверки: надо следить, как раскрываются антены, проверять герметичность, и много чего еще. И только после всего этого можно снять скафандр.
Первое желание – покувыркаться, но Шон знал по рассказам опытных астронавтов, что этого лучше не делать. С непривычки вестибюлярный аппарат тут же сойдет с ума, начнет тошнить.
Собственно, тошноту Шон все-таки ощутил, когда выбрался из скафандра.
Полет длился около шести часов. Шон, пожалуй, как и все люди на Земле, имел свое чувство времени и оринтировался по часам, но в космосе это чувство стало давать сбои, и Коллинз имел представление о времени, только потому, что знал, сколько должен длиться полет.
Экипаж снова забрался в скафандры и уместился в тесной кабине, накрепко пристегнув себя ремнями. Теперь им предстояло пристыковаться к МКС и наконец оказаться на станции. Когда это произошло, и оставалось всего-то преодалеть небольшое расстояние, прежде чем увидеть свой дом на ближайшие пол года, Шона снова одолело волнение. Будучи юношей, Шон грыз ногти,к огда сильно волновался. Теперь от этой привычки почти избавился, но при сильном волнении она вновь давала и себе знать. Он вспомнил об этом, когда ударил собственную руку о шлем – сила привычки.
Ребята в экипаже все были дружелюбными и, если чего, старались помогать друг другу. Они уже хорошо знакомы между собой, ведь долго тренировались. Шон, несмотря на то, что стал всего лишь заменой предыдущего члена команды, нисколько не чувствовал это, когда работал с ними.
И вот, открыт шлюз, и бортинженеры МКС «влетают» на станцию, ждут герметизацию отсека, чтобы попасть в следующий, где их уже встречают другие члены экипажа, которые находятся на МКС. Теперь снова нужно выбраться из этого жесткого и неудобного скафандра, но уже через стекло шлема видно, что Шон радостно улыбается, впервые оказавшись в космосе. 
[nick]Шон Коллинз[/nick][icon]http://s3.uploads.ru/vHcjl.jpg[/icon]

+1

3

[nick]Кристиан Белл[/nick][status]"We're standing by..." - there's no reply[/status][icon]http://s9.uploads.ru/btnUj.png[/icon][sign] [/sign]Этот вылет тоже должен был стать необычным для Кристиана. Не то что бы он был таким бывалым астронавтом, которого уже не впечатляют полеты в космос. Просто, как давно узнал Крис, два года назад, в августе, был запущен первый российский корабль, который полетел к МКС по шестичасовой схеме. Оба предыдущих вылета Кристиан проводил в крошечной капсуле ракеты по два дня, но теперь полет, по словам НАСА, больше напоминал поездку за город на автобусе. Всего шесть часов и ты уже за четыре сотни километров от дома, снимаешь скафандр в куда более просторном отсеке космической станции.
Тем не менее, Кристиану, как и двум его товарищам, не повезло. Бортовой компьютер не выдал в нужное время команду на включение двигателей ориентации. Они могли бы выправить положение, но в Центре управления было принято решение не рисковать и пришла команда – переходить на двухдневный режим полета. Такая схема стыковки все еще заложена в программе полета как резервный вариант. На этот же случай у астронавтов был запас пищи и воды, но Кристиан все равно остался немного разочарован. Ему очень хотелось поучаствовать впервые в таком ускоренном методе стыковки со станцией.
Что же, по крайней мере, в этот раз у них было обновленное, благодаря японским разработкам, нижнее белье. Вспоминать о том, как оно было раньше, Крису не хотелось. Он не был неженкой и не искал комфорта – в космосе этого понятия не существовало вовсе, – но даже ему было немного не по себе.
Было и еще множество плюсов, которые своей массой просто погребали с головой эту неудавшуюся попытку ощутить нечто новое. Во-первых, одно то, что Кристиан в свои сорок с небольшим лет совершал уже третий полет, само по себе казалось невероятным! Многие известные астронавты лишь единожды бывали в космосе в его возрасте и больше не возвращались за пределы орбиты. Крис действительно написал много полезных работ и провел кучу важных исследований, серьезно подходя к своей миссии каждый раз, но все равно это оставалось удивительным.
Лучший друг Белла постоянно твердил, что все это из-за его смазливой мордашки, мол он, эдакий Капитан Америка – призван светить героическим лицом с голубых экранов, вещая о прекрасных достижениях Штатов. Конечно, это все было только шуткой. Никакого героя из Кристиана не делали. За окнами разворачивался двадцать первый век, когда уже даже школьники не удивлялись полетам в космос – это стало рядовым явлением. А уж деятельность специалиста по полезной нагрузке для большинства и многих была не интересна. Скажи кому, что ты изучаешь работу сердца, на тебя посмотрят, как на больного: «Неужели ученые не сделали это за столько-то лет? Чем вы там вообще занимаетесь?».
Так вот, второй причиной, по которой этот полет был определенно хорош, являлась как раз его деятельность, которую Белл уже с февраля разворачивал на МКС, используя своих товарищей как подопытных кроликов. Два раза в день он снимал показатели работы их сердечно-сосудистой системы, вел дневники, а иногда проводил необходимые испытания. В общем, был погружен с головой в любимую работу. А в-третьих, потому что не так давно их команде сообщили, что в троице астронавтов, которые должны прилететь в апреле, произошла замена из-за травмы одного из членов. Кристиану, конечно, было жаль коллегу, который попал в больницу, но это не отменяло и радости, ведь на его место взяли некого Шона Коллинза.
Тот был, можно сказать, новеньким, еще ни разу не бывал в космосе, да и в этот раз он был дублером основного специалиста. Так что его полет был ровно такой же счастливой случайностью, как и первый раз Белла. Их роднило не только это… Они вместе тренировались к этому полету долгое время, пока Кристиан в феврале не стартовал со своей командой. Не сказать, что они много виделись, все же они сменяли друг друга – их состав, их дублирующий состав, состав тех, кто полетит в апреле, тот дублирующий состав. Но все равно их круг был достаточно тесным, чтобы Кристиан не один раз общался с Шоном. Этот тихий и несколько скромный парень ему очень нравился, но до полета Белл старался держать себя в руках. Он улетал на целых полгода – не самое удачное время начинать хоть какие отношения. Так что видеть его на МКС Кристиану было более чем приятно.
Ракета пристыковалась уже в девятом часу вечера, когда вся работа на сегодня была завершена, план на завтрашний день составлен, проведена уборка и все астронавты «расплылись» по МКС по своим делам до определенного времени. К стыковке все, естественно, подобрались в отсек перед впускным шлюзом, с улыбками ожидая новоприбывших. Кристиан, по такому случаю надевший «праздничную» красную футболку, с нетерпением ждал вместе с остальными.

+1

4

Кажется, Шону повезло во всех отношениях. Мало того, что попал в программу раньше, чем планировал сам, астронавты могут провисеть в списках несколько лет, прежде чем попадают в команду, так еще и с теми удобствами, которые отсутствовали у его предшественников.
В их тройке был астронавт, который летел уже не впервые, а потому, воодушевленный происходящим ничуть не больше своих коллег-новичков, много рассказывал о том, «как было раньше».
Двухдневный полет, чтобы совершить стыковку с космической станцией – одно из первых и, пожалуй, самых трудных испытаний. Провести в тесной кабине плечом к плечу без возможности в полной степени двигаться – та еще проблема. Невесомость, конечно, в таком случае сильно помогает, но сложно не только телу – привыкать и терпеть – но и психологически, даже бывалым астронавтам.
Про нижнее белье Шон тоже был наслышан. Он хорошо знал, как было до изобретения нового «космического белья», но уже не сможет ощутить это на себе, к счастью.
Конечно, за особым комфортом Шон никогда не рвался, прекрасно понимая, что его может ожидать в космосе, и как все будет происходить там, но все равно не мог не чувствовать благодарность к тому гению, что потрудился, грубо говоря, над трусами.
Когда новоприбывшие астронавты оказались в шлюзе, Шон ощутил явную потребность снять скафандр. Признаться, не слишком удобный и требует хорошо выработанной привычки.
Скафандр для выхода в космос и тот, который был на Шоне сейчас – совершенно разные. Для выхода в открытый космос ты пролазишь словно в индивидуальный космический корабль – капсулу, буквально через дверь в скафандре. Этот меньше и теснее, создан для того, чтобы защитить астронавта в непредвиденной ситуации, но никак не для продолжительного нахождения вне станции.
Но без общей команды снимать скафандр нельзя, поэтому Шон быстро справился со своим желанием и делал то, что ему и следовало делать – закончить стыковку и убедится в безопасности и герметичности шлюза. Только после этого можно выползать (а иначе не скажешь) из скафандра и перебираться в отсек МКС.
Но… Когда астронавты уже были готовы открыть шлюз, случилась заминка. Шон тут же ощутил легкое беспокойство, словно оно было осязаемо и летало в невесомости так же, как и люди.
- Что такое? – в его тройке, помимо Шона, была женщина-биолог и тот самый бывалый астронавт-американец Филипс.
- Люк не открывается, помоги мне, - ответил Филипс и Шон приблизился к люку. Какая глупая неполадка, думал он, хотя в космосе, конечно же, даже из-за такой мелочи могут свернуть миссию и отправить астронавтов домой, на Землю, пока это возможно.
- С вашей стороны все в порядке? – это он уже говорил другой половине экипажа, которая находилась на МКС.
Люк шлюза состоял как бы из двух частей, или, если проще, дверей. Одна открывалась внутрь станции, другая – внутрь впускового шлюза. Судя по всему, не открывалась только эта часть.
[nick]Шон Коллинз[/nick][icon]http://s3.uploads.ru/vHcjl.jpg[/icon]

+1

5

[nick]Кристиан Белл[/nick][status]"We're standing by..." - there's no reply[/status][icon]http://s9.uploads.ru/btnUj.png[/icon][sign] [/sign]Все они, астронавты, в какой-то момент становились одной дружной семьей. Просто было невозможно находиться долгое время в замкнутом пространстве, связанные одним делом, и не знать друг о друге ничего. Все они были в одной связке, когда даже что-то совершенно незначительное влияло на других людей. Космос был жесток, поэтому команда астронавтов представляла собой вымуштрованную донельзя группу с чуть ли не военными законами. Слово командира – закон, и ни у кого не возникало и мысли ослушаться или помедлить с исполнением приказа.
Это только в фильмах демонстрируют нереалистично огромные пространства космических кораблей и станций, когда астронавты, знатно поспорив друг с другом, могли разлететься по своим углам. На самом деле, даже малейшие разногласия могли стать фатальными. Шестеро человек постоянно находились на глазах друг у друга. Именно поэтому были введены часы, когда они по отдельности общались со своими психологами – и это было очень важно. Кроме того, в свободное время и во время работы, они постоянно общались, чтобы поддержать атмосферу, на нейтральные темы и касаемо профессиональной деятельности.
Сейчас прилетали трое астронавтов, которые должны были сменить троих, уже находившихся на МКС. Домой полетел русский бортинженер Артемьев, чья фамилия стала настоящей болью для большинства американцев, присутствующих на станции. Для того полет был первым, несмотря на то, что тот был старше Кристиана на два года. Тем не менее, Артемьев уже побывал в открытом космосе вместе с астронавтом-испытателем Хопкинсом с целью починки МКС. Для последнего вылет также был первым, и теперь они возвращались домой, к своим наградам.
Также вернулся на землю и их командир – Ваката – первый японский астронавт, ставший командиром экспедиции МКС. Кроме того, он вообще был третьим командиром не из России или США. В открытый космос Ваката не выходил, зато для него это был уже четвертый полет после Индевора и двух Дискавери. По общим подсчетам Ваката пробыл в космосе чуть меньше года.
Теперь место командира занял инженер и специалист полета Стивен Свонсон. Это был легендарный астронавт, совершивший свой первый полет семь лет назад с Атлантисом. Он пробыл в космосе всего тринадцать дней, четырнадцать часов из которых он занимался демонтажем солнечных панелей в открытом космосе, а затем активацией солнечных батарей, видеокамер, сетевых кабелей и противометеоритной панели. Затем, через два года, Свонсон вновь полетел в космос на тот же срок, снова же пробыв вне МКС около двенадцати часов, работая с солнечными батареями и антеннами.
Бок о бок с ним работал русский астронавт Скворцов, полковник ВВС, уже пробывший в космосе полгода, и прилетевший вместе с Кристианом до августа. Все эти ребята были старше Белла, и, если честно, Кристиан частенько чувствовал себя каким-то восторженным юнцом, случайно попавшим на борт к серьезным дядям, которые занимаются столь же серьезными вещами, в то время как он просто слушал их сердце и записывал карандашом в блокнотике свои умозаключения. Но сейчас, встречая троих «новеньких» астронавтов, счастливые улыбки светились на лицах у всех, вне зависимости от возраста и личных достижений.
Кристиан был в тайне безумно рад, что у них с Коллинзом выдастся возможность узнать друг друга так же близко, как были знакомы шестеро присутствовавших на МКС астронавтов. Может быть, это на что-то повлияет в их отношениях по возвращению на Землю. По крайней мере, они перестанут быть просто знакомыми, а дальше уж как пойдет. В любом случае, сейчас не время было задумываться об этом слишком серьезно – на станции у них было слишком много дел помимо обыденной болтовни. Нужно было сосредоточиться на цели экспедиции.
И как подтверждение тому, случилась заминка, взволновавшая Кристиана. Он, как и все остальные, знал – если эта неполадка не будет исправлена в ближайшее время, управление Земли примет решение вернуть астронавтов обратно. Слишком велик был риск, и Кристиан это понимал, но очень уж не хотел этого. Ведь вполне могло быть так, что Коллинза и его коллег больше не отправят на МКС, оставив довольствоваться вот таким вот шестичасовым полетом в микрокапсуле ракеты.
- С нашей стороны все в норме, - отозвался Свонсон, проверив вероятность возникновения проблемы со стороны МКС. Кристиану оставалось только болтаться в стороне и ждать. Он был медиком и совсем немного электриком, так что его помощь тут совсем не пригодится.

+1

6

Прошло всего несколько секунд, но Шон уже заволновался. Как же глупо было – столько пройти, так готовиться, вылететь в космос, а в итоге даже не попасть на станцию!
Еще больше Шон начал нервничать, когда услышал голос с Земли, интересующийся, что у них происходит. Ох уж эта избиая фраза, которая звучала в каждом фильме о космосе: «Хьюстон, у нас проблемы». Шон и тут ожидал ее услышать, но вместо этого Филипс просто ответил:
- Не можем открыть люк, разбираемся.
Конечно, все переживания Шон держал в себе, не выдавая беспокойства. Говорят, что настоящая смелость – это не отсутствие страха, а умение преодолевать и не поддаваться ему. То же самое можно сказать и о других, мешающих действовать, чувствах. Сейчас они могли или сделать все, чтобы открыть этот чертов люк, или действовать согласно получаемым инструкциям с Земли. Излишняя нервозность совершенно ничем не поможет. Но пока им дали время, чтобы разобраться самостоятельно.
Вряд ли Шон мог точно определить, сколько времени они провозились. По земным меркам – совсем не много. Словно ключ застрял в двери, и ты дергаешь его туда-сюда, пока не вытаскиваешь или не открываешь дверь.
А тут невесомость, и Шон с непривычки только-только понял, что его усилия ничего не значат, пока нет конкретной точки опоры, которая позволит применить достаточно усилий. Скафандр дико мешал и сковывал движения, но Шону все же удалось опереться ногой о стену, и шлюз начал поддаваться под усилиями двух мужчин.
- Отлично, - Филипс явно выдохнул с облегчением, ему тоже не хотелось возвращаться на Землю, так и не достигнув своей цели, несмотря на то, что в космосе тот был уже не новичком.
Он тут же сообщил, что шлюз открыть удалось.
- Все, запускайте нас, - вторая повловина экипажа, которая уже была на станции, тоже открывали со своей стороны шлюз, и только после этого экипаж, можно сказать, воссоединялся.
Теперь Шон даже понимал, почему каждый раз, когда новая тройка пребывает на станцию, это такое радостное событие. Ему рассказывали, что члены команды приветствуют друг друга, поздравляют с прибытием и обнимаются. Несмотря на все предосторожности, путь до станции тоже был опасным, и каждая мелочь, казалось бы, незначительная, в космосе принимает совсем другие масштабы. Полет прошел хорошо, они прибыли на МКС – это и есть повод для радости.
- Привет! Привет! – его подхватывали сильные руки, хлопали по плечам, а Шону оставалось только смущенно улыбаться и отвечать на приветствия, на похлопывания, объятия и пожатия рук.
- Привет! – поздоровался он с третьим членом экипажа МКС, улыбнувшись чуть более смущенно. Пусть со всеми этими людьми Шон уже встречался, работал вместе какое-то время, но прошло уже пол года или около того. Может быть, для тех, кто находился в космосе, время по-своему останавливается, но там, на Земле, оно продолжает течь своим чередом. И пол года – это целых 6 месяцев или 182,5 суток, или 4380 часов.
[nick]Шон Коллинз[/nick][icon]http://s3.uploads.ru/vHcjl.jpg[/icon]

+1

7

[nick]Кристиан Белл[/nick][status]"We're standing by..." - there's no reply[/status][icon]http://s9.uploads.ru/btnUj.png[/icon][sign] [/sign]За те минуты, пока астронавты разбирались с небольшой неполадкой, Кристиан успел и испытать переживания, и повеселиться в душе. Странный он был человек. Сам ведь понимал и только что думал о том, что все равно ни о каких отношениях, кроме дружеских, в космосе речи и быть и не могло, тем не менее, мысль о том, что Коллинза могут отправить на Землю, доставляла по-настоящему неприятные эмоции. С другой стороны, все было логично. В замкнутом, ограниченном пространстве работать с людьми, которые тебе нравились и были во всех смыслах приятными, гораздо проще, а результаты такой работы – выше.
В любом случае, все разрешилось благополучно. Спустя пару минут бесцельного болтания в воздухе, шлюз со стороны прибывших поддался напору и опыту космонавтов и открылся. Капитан Свонсон отпер дверь МКС и первым поприветствовал прибывших, отчего улыбки на лицах всех пятерых мужчин и единственной среди них женщины стали шире.
Лететь навстречу друг другу и обнимать так, словно вы знакомы сто лет, не меньше, было забавно. Но прибытие новых людей в космосе было на самом деле счастливым событием. Не только потому, что полет и стыковка обошлись без инцидентов, которые могли стать летальными, но и потому, что все новое астронавтами воспринималось с большой радостью.
На Земле, если ты, конечно, не капитан дальнего плавания и не подводник, тебя окружает самое настоящее разнообразие. Погода меняется день ото дня, куча новых лиц, разговоров, яркие рекламные афиши, разная одежда у прохожих. Можно не замечать этого специально, но мозг к такому привыкает. Ты волен сходить в кино или в какой-то незнакомый тебе ресторан, посетить концерт или завести домашнего питомца… а не болтаться в микрогравитации двадцать четыре часа в сутки, когда в небольшом иллюминаторе почти всегда одно и то же, и день ото дня ты вынужден находиться в изученном до последнего дюйма помещении.
Да, они развлекались. Не нужно думать, что день астронавта – это только работа и сон. У них был интернет, они смотрели фильмы. Родные и близкие посылали в космос всякие посылки, чаще всего это была любимая еда, по которой порой скучаешь чаще всего. Но прибытие «новичков» все равно оставалось главным событием. Почти таким же ярким, как твой собственный прилет и возвращение на землю.
- Привет, - немного тише, чем остальным двум новоприбывшим членам экипажа, сказал Коллинзу Кристиан. Да и радостный взгляд задержался чуть дольше обычного. В отличие от приветствуемого, Кристиан не испытывал при этом смущения, но присутствие оного у Шона не могло не радовать.
- Счастливчики, - тем не менее, Белл оторвался от того, кого был особенно рад видеть, и обратился ко всем. – Понравилось добираться за шесть часов? Дольше до России летели, - рассмеялся он.
Наверное, среди многочисленных психологов, которые отбирали астронавтов в команду и «по мозгам», он числился среди эдаких катализаторов. Абсолютно не конфликтный, умеющий как разрядить обстановку, так и поддержать. Со студенческих лет Кристиан не испытывал проблем в общении и мог подстроиться под любую атмосферу – быть как легкомысленно-веселым, так и со всей серьезностью дела вести научные споры. Возможно, это было определенным фактором, который позволил ему, столь молодому, уже в третий раз оказаться в числе команды МКС со своими медицинскими исследованиями.

+1

8

В отличие от товарища по команде, Шона нельзя было назвать душой компании. Он больше молчал, чем говорил, предпочитал одиночество шумным тусовкам, и характер имел благодушно-спокойный. Ему часто говорили, что для своего возраста Шон уже многого добился, и это очень смущало молодого человека. Конечно, отрицать свои достижения – эта какая-то извращенная форма самовосхваления, и Шон этого не делал, и все равно чувствовал себя не в своей тарелке, когда его хвалили.
Что же насчет этого полета… Космос – это мечта. С тех самых пор, как Шон в качестве инженера был задействован в конструировании Декстра. Сколько же шуток ходило по космическому агентству о том, что кто-то полетит в космос. Все они шутили об этом, отправляя друг друга на орбиту, но мысленно, наверняка, многие мечтали в действительности попасть на МКС. И ведь Шон увидит своими глазами, как огромная «космическая рука», к созданию которой и он приложил силы, будет работать. Это же так круто!
Все рассмеялись от фразы Кристиана, и Шон не стал исключением. Конечно, все слышали о том, что предыдущий рейс пришлось провести по уже устаревшему сценарию, и полет занял дольше. Шону сложно было по-настоящему ощутить разницу, ведь этот полет был первым в его жизни. Даже представить трудно, как астронавты добирались в этих неудобных русских ракетах столько времени.
Шон и Кэйси, женщина-биолог, с которой они вместе добирались до МКС, были новенькими в полете, и знали присутствующих гораздо меньше. Так что Шон, не желавший мешать встрече старых друзей, которые не виделись уже полгода, а то и того дольше, вместе со спутницей пробрались по узкому коридору станции чуть дальше. Им было проще обмениваться новыми впечатлениями друг с другом, Шон поделился, что ему очень непривычно, когда нет пола или потолка, все стены приспособлены для чего-то, пространство станции использовалось полностью. Она с ним согласилась.
В общем, никто долго толпиться у шлюза не стал, новоприбывшим хотелось скорее разместиться по своим «комнатам», плюс, с собой они привезли вещи, которые тоже следовало разгрузить, прежде чем «Союз» отправится обратно. Помимо вещей только прибывших астронавтов, с каждой стыковкой астронавтам доставляли что-нибудь с Земли. На этот раз немного, но гостинцы для присутствующих были.
- А здесь проще заблудиться, чем я думал, - улыбнулся Шон, от чего-то снова смутившись. Он ведь тысячу раз видел планы станции, и отлично их помнил, но на деле все как-то иначе.
- Куда сейчас? - Спать ему предстояло в американской части МКС, и Шон прижался к одной из стен, чтобы пропустить более опытных астронавтов вперед, дабы показали дорогу.
Удивительно, но Шон совершенно не замечал национального разнообразия. В смысле, он был единственным канадцем среди русских и американцев, но не чувствовал по этому поводу какого-либо различия между ними. Ведь они все, по сути, делали одно дело, и Шон словно уже стал частью команды, хотя изначально переживал об этом.
[nick]Шон Коллинз[/nick][icon]http://s3.uploads.ru/vHcjl.jpg[/icon]

+1

9

[nick]Кристиан Белл[/nick][status]"We're standing by..." - there's no reply[/status][icon]http://s9.uploads.ru/btnUj.png[/icon][sign] [/sign]Когда радостное приветствие плавно завершилось и все друг другу пожали руки и похлопали всем по плечам, космонавты разлетелись по станции, дабы не мешаться. Все же пространство у шлюза было ограниченным, они и так там еле теснились вшестером. Поговорить можно было уже в более просторных помещениях. На кухне или в спальном отсеке – в рабочие зоны никто не собирался, было поздно и все завершили свои дела задолго до прибытия новеньких.
Команда подобралась действительно забавная и даже непривычная. Во-первых, у них остался только один представитель России. Во-вторых, в команде была одна женщина. Впрочем, второе не было удивительным – несмотря на отсутствие сексизма, женщины-астронавты оставались редкостью. А вот первое, учитывая то, что стартовая площадка и большинство ракет принадлежали русским – немало поражало. Но Кристиану было все равно, он уживался в любой компании и старался сделать так, чтобы все присутствующие чувствовали себя комфортно.
Шон и та самая женщина-биолог полетели (по-другому и не скажешь) осматривать место, где они оказались впервые. Они тихо переговаривались, видимо, обсуждая увиденное и делясь впечатлениями – Кристиан не слышал ни единого слова. Ему очень хотелось последовать за ними, но он побоялся выглядеть навязчивым. Словно он преследовал парня и не давал ему прохода. Такого впечатления о себе Кристиан создавать не собирался.
Вместо этого он направился в спальный отсек с их личными вещами, где раздумывал, чем заняться, раз уж расписанием они немного пренебрегли в связи с важным событием. Через минуту в помещение проскользнул Скворцов, уточнив, не помешает ли он. У русских и американцев были разные «секторы» на корабле, но теперь, когда коллега Александра отбыл на Землю, ему определенно было скучновато проводить свободное время в одиночестве.
- Да, коне…чно, - запнувшись на сложном для американца слове, сказал Кристиан на русском. Это было скромным уважением к мультинациональной команде. Большинство астронавтов учили русский язык, как российские космонавты учили английский. Было негласно принято обращаться к иностранному коллеге на его родном языке. В прошлой команде не везло только капитану станции – никто, увы, японского не знал даже на уровне «привет» и «спасибо».
Они пообщались немного с Александром – пустая болтовня быстро перелилась в шутливые подколы друг друга. Кристиан вполне свободно говорил на русском, но с произношением у него все еще было плохо, судя по реакции Скворцова. Но это не смущало Белла. Вероятно, поэтому у него не было проблем с изучением поистине сложного языка – он не боялся ошибаться и говорил, как получается, чем только оттачивал свой навык.
Посмеиваясь, Кристиан слетал в туалет и на обратной дороге столкнулся с Шоном. В такие моменты действительно понимаешь, что станция не такая уж и маленькая, раз можно провести достаточное количество времени, не видя друг друга. Конечно, прошел даже не час, но все равно, когда проводишь на МКС приличное количество времени, кажется, что эти стены ужасно давят.
- Освоились? – улыбнулся Кристиан, обращаясь к обоим астронавтам. – Может провести вам экскурсию по всей станции, пока никто спать не собирается? Спальные места тут, можно занять те, которые свободны, - придерживаясь за крепление в корпусе, Кристиан неопределенно махнул рукой. Вот с чем в космосе была беда, так это с ориентацией в пространстве. Здесь не было пола, потолка и стен. Как ты не перевернись, в микрогравитации для тебя всегда внизу будет пол, даже если на мнимом потолке стоит другой астронавт. Спальные места так же располагались на всех четырех «стенах» помещения.
- Сейчас тут располагаемся мы с капитаном Свонсоном и два места свободных. Скворцов дальше, в отсеке для русских. Восточный отсек сейчас свободен, возможно, мисс захочет уединиться? – обратился к биологу Кристиан, предложив разумный вариант. Никакого сексизма, Белл, как и остальные астронавты, спокойно бы реагировали на женщину и в их спальном отсеке. Они тренировались вместе и более-менее знали друг друга. Просто раз был такой вариант, почему бы женщине не заиметь свое личное пространство? Если та окажется против, Кристиан легко согласится на переселение к Скворцову. Тот явно не будет против компании.

+1

10

В первое время Шону и правда было непривычно, как он себя не готовил на Земле к тому, что на МКС буквально нет свободного пространства. Все стены вокруг тебя чем-то да заняты. Некоторые отсеки, через которые нужно было пролетать, вообще состояли из сплошных тюков, прикрепленных на каждой стене.
Но Шон освоился довольно быстро. Он просто перестал делить окружающее пространство привычным образом, перестал искать пол и потолок, постоянно теряя и один, и другой в условиях микрогравитации.
Мысленно Шон поделил станцию на “верх” и “низ”. Низ оказался там, где, как он помнил по схеме, располагался американский узловой модуль “Гармония”. А верхом стал российский сегмент станции и модуль “Звезда”. И ориентироваться в пространстве стало гораздо легче.
Может быть, глуповато, и нормальные астронавты так не делали, но Шон поделился своей идеей с Кэйси, и та согласилась, что так действительно проще.
Он даже хотел пролететь весь этот маршрут - снизу вверх и обратно, но Кристиан оказался рядом раньше.
- Да, было бы здорово, - тут же согласился Шон на предложение. Уже завтра начинается его рабочий день, и было бы неплохо сразу определиться, куда, чего и что. Правда, для начала им бы следовало заняться разгрузкой. И Шон будет одним из тех двух счастливчиков, которые примутся вытаскивать из “Союза” все привезенные с Земли грузы.
Кэйси поблагодарила Кристиана за подсказку и сказала, что так и поступит, займет место в восточном отсеке.
- Если никто не против, я тут расположусь, - улыбнулся Шон. Он ничего не имел против русского, но спальные места американского сегмента ему нравились больше.
Биолог спросила, как лучше добраться до китайского сегмента и уплыла осматривать свою “комнату”, прихватив какие-то вещи, которые они успели достать из “Союза”. А Шон только осознал, что все это время улыбался, как дурачок, повиснув в воздухе.
Вообще-то у Шона был целый список того, на что он бы взглянул первым делом, но озвучить его сразу не решился. Это показалось ему странным. Они, блин, не в Париже, это всего лишь небольшая космическая станция, и не хотелось таскать малознакомого астронавта по всем этим тесным отсекам, заставляя его показывать всякие глупости типа “А смотри, вот отсюда видно коооосмооос”.
- Ты ведь уже здесь не впервые? - спросил Шон, нарушив тем самым свое неловкое молчание, - Мне говорили, ты проводишь какие-то исследования. О чем они?
Да, Шон уже был знаком с Кристианом, но разговоров толком не получалось. Виделись как-то мимолетно и все время вместе с другими членами групп подготовки, а говорили, в основном, о тренировках и предстоящем полете. Вернее, Шон-то вообще долго не знал, что он на самом деле полетит, да так скоро.
Но узнать больше о Кристиане хотелось. Шон чувствовал симпатию к этому мужчине, и ему было интересно хотя бы просто завести дружбу. О чем-то другом Шон и не думал даже. Как-то обстоятельства совсем не к тому располагали.
[nick]Шон Коллинз[/nick][icon]http://s3.uploads.ru/vHcjl.jpg[/icon]

+1

11

[nick]Кристиан Белл[/nick][status]"We're standing by..." - there's no reply[/status][icon]http://s9.uploads.ru/btnUj.png[/icon][sign] [/sign]Предложение Кристиана было одобрено единогласно, если можно было так сказать о трех членах экипажа, случайно столкнувшихся в одном из помещений. Впрочем, решение касалось в основном этих двух собеседников Белла. И вряд ли третий человек, прилетевший к ним с Земли, был бы против уединения девушки. Это, по крайней мере, выглядело бы очень странно.
Улыбнувшись напоследок улетающему биологу, Кристиан с, кажется, плохо скрываемым восторгом посмотрел на Шона. Белл вообще был человеком открытым, поэтому не умел, да и не стремился скрывать свои эмоции. И сейчас в светлых глазах его очень четко читалось, что он на самом деле рад этой встрече.
Кроме того, Кристиан, по словам комплектующего их команды психолога, был эдаким «огоньком». Он отличался дружелюбием, оптимистичностью и связывал других астронавтов не хуже клея. Так что, даже если бы Шон проговорил о своих тайных желаниях вслух, Кристин бы с радостью согласился – и показать места, откуда видно космос, и другие вещи, которые так удивляли новичков.
Возможно, молчание и впрямь затянулось, но Белл не считал его неловким. Ему-то было абсолютно комфортно, несмотря на то, что они болтались в пространстве друг напротив друга, не произнося ни слова. Когда человек рядом с тобой приятен, даже молчание не вызывает никакого негатива – так считал Кристиан. Но и поговорить он был совсем не против, поэтому с охотой отозвался на вопрос Шона, хотя и немного удивился тому, что он был не про МКС и местную жизнь, а про него лично.
- Это мой третий полет, - проговорил Кристиан так просто, что это стало еще одной хорошей характеристикой его личности. Он ничуть не кичился тем, что в довольно молодом по мерка космонавтов возрасте совершал уже третий полет. Так получилось, простое стечение обстоятельств, которому Кристиан был рад, но не более того. Ставить это на пьедестал своих достижений он точно не собирался.
Он был амбициозен, но в хорошем смысле этого слова. Скорее, Белл был горд своими научными работами, которые написал сам, и хотел добиться большего в области медицины. Если для этого ему посчастливилось слетать несколько раз в космос – что же, приятное дополнение к его любимой работе.
- Я сейчас веду довольно серьезное исследование по влиянию микрогравитации на сердечно-сосудистую систему, - рассказал Кристиан, улыбнувшись еще шире. Он не думал, что это будет как-то интересно Шону, поэтому и не стал вдаваться в подробности. Мало кого из астронавтов интересовали вопросы биологии и физиологии, несмотря на то, что эти факторы напрямую влияли на их здоровье. Но, даже если Шону будет вдруг любопытно, он мог спросить об этом.
- Кстати, в первый раз я сюда попал точно так же, как и ты, - проговорил Кристиан. – Я был дублером специалиста по полезной нагрузке, но потом ему запретили лететь по медицинским показателям, и отправили меня.
Придерживаясь за специальные рукояти, за которые астронавты цеплялись ногами и руками при передвижении по станции, Кристиан потер переносицу и усмехнулся:
- Прозвучало, кажется, так, словно я слежу за тобой, - а в голове еще прозвучало «как какой-то маньяк», но Белл не стал этого проговаривать. А то бы прозвучало еще более маньячно. – Но ты скоро сам все поймешь. Тут рано или поздно становишься очень жадным до слухов и новостей с Земли, - снова улыбнулся он.
Это было чистой правдой. Даже если бы Шон не был интересен Кристиану в определенном смысле, он бы все равно это узнал. «Земля» рассказывала им многое, так что все члены команды знали, кто к ним летит и чем отличился за время подготовки к полету.
- Хочешь, я помогу тебе с разгрузкой? – без задней мысли предложил Кристиан, просто потому, что он был такой. В конце концов, чем еще заняться на МКС врачу? Пока крутые ребята чинили станцию, разрабатывали технологии и совершенствовали их, он, кажется, просто болтался рядом и слушал биение их сердец.

+1

12

Если бы Шон услышал мысли своего собеседника, они бы могли его снова смутить. Он спросил о Кристиане, потому что ему правда было интересно. Раньше он хоть и был знаком со всеми членами команды, и кое-что о них слышал, но сосредоточен был на другом, и почти ничего не знал о тех людях, с которыми ему теперь работать. Но в своих мыслях Кристиан обратил особе внимание на факт, что Шон спросил именно о нем, а не об МКС, и это мужчину действительно могло смутить. Задавая свой вопрос, он и не думал о причинах.
- Ого, - по-доброму удивился Шон, услышав количество полетов этого молодого мужчины, такого же молодого, как и сам Шон, ну или ненамного старше, - Это круто.
От Шона не скрылся факт того, что Кристиан говорил без какого-либо хвастовства, просто констатировал – это не могло не подкупать. Сам же Шон даже загадывать не хотел, попадет он еще раз в космос, или это станет его единственный полет, который Шон запомнит на всю жизнь.
- Получается, мы тут для тебя что-то вроде подопытных кроликов? – улыбнулся Шон, - Это забавно. Мне было бы интересно прочитать твою работу, - признался Шон. Несмотря на то, что он был технарем до мозга костей, Шон интересовался многим, имел академические знания и в других областях, и вполне искренне изъявил желание ознакомиться с исследованием. Возможно не сейчас, позже, когда доклад уже будет представлен.
- Меня всегда удивляли изменения, которые происходят с людьми. А в некоторых случаях – отсутствие изменений в условиях невесомости, - поделился Шон, но об этом они, наверняка, смогут еще поговорить потом. Им, в конце концов, еще пол года тут жить вместе.
- Или я за тобой, - подхватил Шон и пожал плечами, и этот жест, который на земле занимает доли секунды, растянулся в два раза – замедленная съемка какая-то, - Кто же знал, что я смогу попасть на этот раз. На самом деле я даже сочувствую тому парню. Мы немного знали друг друга, он классный, и вряд ли уже сможет оказаться здесь, - заметил Шон, но решил и в эту тему не углубляться. Просто уже не мог остановиться, когда говорил о том, что ему было знакомо. Несмотря на все свое смущение, Шон любил поговорить, а рядом с Кристианом чувствовал себя достаточно свободно, чтобы общаться.
- Да, было бы здорово, спасибо, - улыбнулся он снова, - Так… Какое место свободно? – Шон указал на капсулы, ведь так и не двинулся с места, тоже придерживаясь за специальную ручку и повисая в воздухе.
[nick]Шон Коллинз[/nick][icon]http://s3.uploads.ru/vHcjl.jpg[/icon]

+1

13

[nick]Кристиан Белл[/nick][status]"We're standing by..." - there's no reply[/status][icon]http://s9.uploads.ru/btnUj.png[/icon][sign] [/sign]Кристиан улыбнулся, ведь так или иначе, но слышать лестное восхищение твоими достижениями немного приятно. Он тоже пожал плечами, невольно повторяя жестикуляцию собеседника. Говорят, это подкупает в беседе, если, конечно, использовать этот прием в меру, но Кристиан не преследовал особенной цели. Скорее, это получилось случайно.
— Просто повезло, — также легко, как и раньше, отозвался он и добавил: — Знаешь, каждый раз я старался особенно не надеяться на очередной полет. Сейчас, к сожалению, прямо в космос медиков редко пускают. Обычно они остаются на базе Земли. Так что каждый раз для меня это было… шоком. Но я безумно счастлив, конечно.
Он рассмеялся, забавно разводя руки в еще одном дружелюбном жесте, демонстрируя открытые ладони. Это давало собеседнику подсознательный сигнал — Кристиан был честен с ним, ему нечего было скрывать.
Он все также оставался на месте, привычно просунув под ручку в «полу» ногу. Космос учил некоторым обезьяним способностям.
— Именно так, — кивнул Крис на предположение о кроликах. — О, конечно, если тебе интересно. С радостью покажу все свои наработки. Только учти, это опасно, я могу говорить об этом всем очень долго, — шутливо предупредил он.
Конечно, на самом деле это не было проблемой. Кристиан действительно мог рассказывать и показывать часами то, что ему было интересно и в чем он непосредственно разбирался. Но также легко он мог замолчать, если собеседнику станет скучно.
Иногда он давал лекции в медицинской школе, где работал заместителем профессора, и прекрасно ориентировался по лицам студентов, когда им становилось неинтересно. Это помогало и в бытовой жизни. Быть надоедливым Кристиан не любил, поэтому всегда был крайне внимателен к собеседнику.
— Не переживай, — добродушно заявил Крис, когда Шон сообщил о сочувствии к парню, который не попал на МКС в этот раз. — Может, это к лучшему. Когда я первый раз полетел в космос, другому парню тоже не повезло со здоровьем. И мне тоже было жаль. Он был опытнее и полезнее меня на станции. Но потом… Мы пробыли в космосе дней тринадцать. И, кажется, день на одиннадцатый наш инженер сильно поранился. Пришлось останавливать кровь в невесомости. Это чертовски опасно. Мне кажется, я тогда весь вспотел.
Он немного рассмеялся, рассказывая Шону историю, которых у Кристиана было предостаточно. Все же, несмотря на отсутствие хвастовства, он очень много времени провел, как непосредственно в космосе, так и на подготовках и тренировках астронавтов. А космос был и останется очень опасным местом, о чем знали все астронавты, даже те, кому еще не посчастливилось подняться над стратосферой.
— И тогда я подумал, что это все было не случайно. Я и раньше всегда так считал. Знаешь, когда не успеваешь на самолет или срывается какая-нибудь встреча, — продолжил рассказ Белл. — Так что, знаешь, может, в этот раз ты окажешься нужнее здесь. Или, наоборот, тому парню лучше остаться на Земле в этот раз.
Параллельно со своим рассказом, Кристиан показал Шону свободную капсулу, а также то, как там все устроено. После тренировок они примерно представляли, как им предстоит спать, но всяких деталей на базе не было. Так что Крис просто указал на нужные крепления и липучки на стенах, призванные прикреплять дорогие астронавту вещи. Он даже не стал это комментировать, Шон и сам понимал, что к чему.

+1

14

На самом-то деле на всех этих подготовках и тренировках много говорили о том, как будет на МКС. Конечно, это не то же самое, что быть здесь на самом деле. Большие ангары центра подготовки, где стояли небольшие модули, имитирующие какие-либо части станции или ракеты, или собственного оборудования, совсем не походили в итоге на то, что было на самом деле. Хотя подготовка была очень нужна и полезна. И все же астронавты в итоге многое знали о станции и о ситуациях, которые могли возникнуть в космосе, и практически ничего друг о друге. Какую-то поверхностную информацию, особо яркие черты характера – вот и все. По-настоящему астронавты узнавали друг друга уже здесь, на станции. В количестве шести человек пребывающие на этом маленьком внеземном островке.
- Не знал об этом, - честно признался Шон, услышав, что медиков с неохотой пускают на станцию. Среди инженеров такой проблемы не было, инженеров на МКС отправляли довольно часто. Вот только со всей Канады было куда больше желающих, чем набирали в НАСА, - Но я тоже особенно не надеялся на полет. Из Канады очень мало астронавтов, сам понимаешь, - спокойно отозвался Шон, лишь констатируя факт. Не будут же НАСА пренебрегать своими людьми ради того, чтобы обучать гражданина другой страны. Конечно, многие сетовали на то, что космическая программа в Канаде очень слабая. Канадскому космическому агентству не больше 20 лет, но Шон просто был рад возможности встать у истоков. И, конечно, Декстр, к которому молодой инженер тоже приложил, как бы это ни звучало, руку.
- Ничего страшного, я понимаю, - рассмеялся Шон, - Мне самому не терпится увидеть Декстра в действии. Моя команда управляла им с Земли несколько раз, но это не то же самое, что видеть его работу вживую. Все только на компьютере, понимаешь?
- Может ты и прав, - подтвердил Шон. В любом случае было довольно глупо сокрушаться по случайности, из-за которой тебе-то как раз и повезло. Шон, конечно, немного жалел того парня, но был рад за себя.
Пока Шон слушал Кристиана, он переместился к кабинке. Которой теперь уже мог назвать своей. Кое-какие вещи, мелочевку, что была с собой, он уже закрепил несколькими липучками. Надо еще привыкнуть к тому, что всюду надо цепляться, и цеплять нужно всё. Наверно смешно. Но пока Шон боялся того, что забудутся именно такие простые бытовые вещи. Что-то не прицепит, что-то вообще прольет. Все эти мелкие частички. Капельки, даже волоски могли попасть в важные механизмы станции и что-то сломать. Будет, знаете ли, не очень здорово.
- Спасибо, - сказал Шон и тут же напомнил, - Так покажешь станцию? Понимаю, тут не Кеннеди, - хмыкнул он, имея в виду космический центр, площадь которого была почти 600 квадратных километров.
[nick]Шон Коллинз[/nick][icon]http://s3.uploads.ru/vHcjl.jpg[/icon]

+1

15

[nick]Кристиан Белл[/nick][status]"We're standing by..." - there's no reply[/status][icon]http://s9.uploads.ru/btnUj.png[/icon][sign] [/sign]Возможно, Кристиан был немного самонадеян, но ему казалось, что к своим годам он научился разбираться в людях в достаточной мере, чтобы быстро отсеивать хотя бы по приблизительной градации «хороший – плохой». Шон оправдал все его представления, и оказался даже лучше, чем Белл мог себе представить.
Это был общительный, дружелюбный парень, искренне заинтересованный своей работой и находящийся в настоящем восторге от того, что находился в космосе со всей нынешней командой. Шон хотел быть полезным и явно умел как работать и быть серьезным, так и расслабляться в дружеской атмосфере.
Да, все это Кристиан понял из не очень продолжительного общения с человеком. Наверное потому, что его основной задачей в космосе было пристальное наблюдение за другими астронавтами и их состоянием, как физическим, так и психологическим. Уже третий полет Белл занимался этим, изучая своих товарищей с ног до головы. Это немало способствовало приобретению житейской мудрости, так сказать, досрочно.
— Знаю, — кивнул Кристиан и пошутил: — Мы с тобой, получается, представители космических меньшинств. Профессиональное и национальное.
Было и еще кое-что, что отличало Белла от превалирующего большинства других космонавтов, но об этом он старался умалчивать. Более близкие друзья среди коллег знали о том, что Кристиан был гомосексуалистом (некоторые даже присутствовали на его свадьбе в Канаде), а остальным он в душу с этим не лез.
Он был слабым приверженцем ныне модного течения в поддержку себеподобных. Кристиан не посещал парадов и не кричал во всеуслышание о том, что его ущемляют. Потому что никогда не сталкивался с настоящими проблемами касательно своей ориентации. Вероятно, немаловажную роль играло его собственное отношение к этому. Кристиан придерживался простого мнения: если представители традиционной ориентации не заявляют при встрече о своих предпочтениях, зачем он будет делать это?
— Я тебя очень хорошо понимаю, и тоже хочу на это посмотреть. Уже наслышан про этого технического монстра, — поддержал собеседника Кристиан, плавно (а иначе и не получается в невесомости) махнув рукой, призывая следовать за ним. — Здесь гораздо лучше, чем в Кеннеди, я тебя уверяю. Кеннеди — это так, попса.
Белл улыбался, используя несколько молодежные словечки в своих шутках. Но мужчины и после сорока оставались мальчишками, верно? По крайней мере, Кристиан и все, кого он знал, вели себя порой совсем по-детски, когда дорывались до чего-то технологически нового и невероятно «крутого».
— Здесь у нас фитнес-центр, — усмехнулся Кристиан, показывая на космические тренажеры, которые заметно отличались от привычных земных устройств. — Бегущая дорожка, велоэргомер, и всякие мои датчики, потому что я и тут мешаю людям отдыхать. Поплыли дальше. Там вон самая важная дверь — санитарное устройство, иначе, туалет. Но туда мы не пойдем, ты на него еще насмотришься. Нам туда, к центральному посту, там все самое интересное.

0


Вы здесь » Новый мир » Великая Смерть » Дотянуться до звезды


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2019 «QuadroSystems» LLC