Новый мир

Объявление

Добро пожаловать!

НАМ 4 ГОДА!

Постапокалипсис, экшн
Великая Смерть пришла 15 лет назад, убив всех взрослых и оставив тех, кто не достиг половой зрелости. Но дети выросли...

► Добавлены новые акции, ждем оперативников и жителей Планкинтона!

► Теперь у нас сменился шаблон анкеты, появилась специальная анкета для акционных персонажей. И поменялся шаблон эпизодов. Даешь обновления!


Время в игре:
21-31 мая 2029 года.
Погода в Планкинтоне:
от +6 до +14 С, облачно

► Убит Тони! Глава города Планкинтон застрелен прямо на улице на глазах многих жителей и гостей города. Позже один из его подручных убил Стива - правую руку уже мертвого главы и призвал горожан встать на его сторону в обмен на все, что можно снять с этих двух трупов.

► В Гром-горе пропал оперативник. «Великая смерть возвращается» - такое последнее сообщение оставил Майкл для руководителя Гром-горы. Но никаких предпосылок и симптомов болезни на поверхности не обнаружено. Начались поиски пропавшего громовца.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Новый мир » Личные эпизоды » Сладость или гадость?


Сладость или гадость?

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

http://s6.uploads.ru/Aa5pZ.png
Дата: Декабрь 2029 года
Место: Небольшой городок, штат Колорадо, США
Участники: Мэнсон, Мика

Иногда маленькие шалости не удаются...

0

2

Мика бесцельно блуждала по незнакомому городу. Бестолковый и беспутный отец куда-то исчез, видимо, пошел по своим взрослым делам, и искать его не было никакого желания. Когда Мика была рядом с папой, именно она чувствовала ответственность, и это было как-то неправильно, и иногда даже бесило. Хотелось стукнуть изо всех сил этого высокого мужика и спросить, как можно быть таким беспомощным? Иногда Мика так и поступала, но, наперекор всему, папу не бросала. Куда он без нее? Помрет ведь под ближайшим кустом. А он все-таки был родным, да и забавным. С ним Мика прошла много городов, открыла для себя больший мир, чем знала прежде.
Хотя, конечно, прогулка эта была не совсем бессмысленной. Определенная цель была – найти все, что плохо лежит, и присвоить себе. Отец, конечно, иногда притаскивал что-то полезное или съестное, но как-то у Мики добывать пропитание получалось лучше. Порой даже попадались люди, которые безвозмездно кормили малявку, которая замечательно умела строить жалостливые глазки и посильнее втягивать и без того поджарый живот, чтобы выглядеть соответствуя воображению особо впечатлительных.
В этом городишке люди и вовсе были беспечны. Погуляв по улицам всего несколько часов, Мика набрала полные карманы всякой полезной мелочевки. Правда, еды пока не попалось, и девчонка перестала высматривать вещицы, принимаясь обращать внимание на съедобные продукты. Вот тут-то и наступили проблемы. Люди этого города как будто не ели вовсе. Мика уже даже дошла до точки, высматривая надкушенное яблоко в руках в совсем маленького ребенка. Но слезы малыша так и не пролились… Мимо мальчишки с яблоком прошел высокий, худощавый парень, тащивший в руке за задние ноги целого кролика.
Если бы Мика была животным, у нее бы ушки уже давно торчали вверх, а хвост напряженно подрагивал. Не смотря на то, что вокруг царила зима, температура была плюсовая, и хранить свежее мясо не представлялось возможным без предварительной обработки. И если парень не собирался засаливать тушку, то он все равно отойдет, чтобы набрать дров для костра, а значит – оставит кролика без присмотра. Мика подождала, когда «добыча» отойдет подальше и двинулась за ним в сторону окраин. Маленькие ноги ступали бесшумно, утопая в пыли дороги. Она прижималась к облезлым стенам домов, чтобы молниеносно спрятаться в тени, если парень надумает обернуться.
Мика проследовала за ним до конца, спрятавшись в кустах, когда тот остановился и сбросил рюкзак на землю. Только тогда он осмотрелся по сторонам, но, никого не заметив, расслабился. Тушка кролика жирно шваркнулась рядом с остальными вещами парня. Мика затаила дыхание, ожидая, когда хозяин этого добра отвернется. Парень же наскоро собрал костерок; он находился спиной к Мике, но был слишком близко к своим пожиткам, в то время как сама девчонка была не меньше, чем в трех ярдах от них.
В голове пролетела тысяча мыслей. Дождаться, пока парень уснет? Так он может съесть кролика целиком, а все свои вещи положил себе под голову. Выйти чуть подальше и изобразить из себя путницу, которая увидела костер и решила погреться? Кто знает, как отреагирует этот совершенно незнакомый парень. К тому же, тогда он увидит ее лицо и, обнаружив пропажу, легко найдет ее в маленьком городишке, а бросать отца и уходить куда-то в одиночку Мике было страшно. Уже начинало темнеть и кушать хотелось очень сильно, и тогда девчонка решилась на отчаянный шаг.
«Ну, дурища, ты должна понимать, что это может быть твой последний день в жизни. Заметит тебя, пустит пулю между лопаток, и поминай, как звали», - нижняя челюсть подрагивала, а пальцы сжимались в кулаки – похолодевшие от страха. Можно было вернуться и найти отца, понадеявшись, что он притащил что-то съестное, но упрямство не позволяло этого сделать. Тихо, совсем не дыша, Мика вышла из кустов, дергаясь от каждого движения парня. Тот уже сидел у костра, вороша ветки, подбрасывая новые. Мика шла точно ему на затылок, выверяя каждый шаг, чтобы под детской ногой не хрустнула ветка или не зашуршал жухлый листик.
Сердце стучало так сильно. Мика боялась, что парень услышит его, и это выдаст ее местоположение. Она с детства промышляла мелким воровством, научилась многому – даже вытаскивать вещицы из карманов людей, не касаясь последних. Но так нагло своровать она пыталась в первый раз. Мика была так близко, что чувствовала тепло костра, слышала шорох одежды при каждом движении парня, слышала его дыхание, чуть свистящее носом. Она наклонилась, беззвучно подцепляя кролика за ноги и поднимая его. Теперь нужно было быстро и столь же тихо ретироваться, пока парень не протянул руку вбок и не почувствовал пустоту вместо дичи.

+1

3

День был удачный во всех отношениях. Во-первых, сегодня было относительно тепло. И пусть под ногами хлюпали совсем не зимние лужи, хотя чего ждать от местного климата, но настроения это не портило совершенно, поскольку сегодня была еда. И это очень сильно скрашивало перспективу опять ночевать под открытым небом. Второе касалось непосредственно еды – Мэнсону удалось подзаработать. И это, пожалуй, было ключевым фактором в сегодняшнем везении, поскольку охотник он был довольно посредственный, а животина в местных лесах была уже изрядно пуганной. Самое же главное заключалось в том, что поработал он всего ничего и хозяин дал ему только домашнего хлеба за пару картофелин, но ловкость рук всегда выручала Мэнсона в голодные годы, а потому жадный хозяин лишился своего самого аппетитного и жирного кролика.
Довольный собой и жизнью Мэнсон гордо прошествовал по главной улице этого задрипанного городишки, нисколько не стесняясь болтающегося на поясе кролика – сразу искать никто не кинется, а сейчас все искренне думают, что жирная тушка честно заработана или куплена. Что, по мнению парня, было сущей правдой, а что в цене не сошлись, так это не его проблема.
Помимо кролика он еще прихватил пару морковин и головку чеснока, но это уже на сдачу, а не со зла. Сегодня Мэнсона ждал королевский ужин!
Отойдя на приличное расстояние от городка, ровно на такое, когда дикий зверь еще не наглеет и держится особнячком, но городские собаки уже не стремятся разделить с тобой запасы, он расположился на поляне, намереваясь не затягивать с готовкой. Домашняя крольчатина – это вам не дичка, пойманная в силок. Он и готовится быстрей, и пахнет приятней, а уж на вкус вообще не сравнить! Капая слюной почти в буквальном смысле, Мэнсон бросил кроличью тушку на землю и принялся быстро разводить костер из веток, лежащих поблизости. Пока огонь разгорается он успеет собрать еще, а потом освежует тушку, начинит, как сумеет, овощами и… Ему послышался какой-то шорох рядом и все инстинкты затрубили об опасности. Когда человек живет большую часть своей жизни в условиях дикой или полудикой природы, то он поневоле начинает реагировать быстрее, чем соображать. Только заметив тень он уже уловил что ему нанесен удар по самому чувствительному месту – по желудку! Какая-то шустрая сволочь решила спиздить его ужин! Даже еще не приготовленный! Как бы не так!
С реакцией взбешенной гадюки Мэнсон бросился за тенью, споткнулся и уже падая успел вытянуться ужом и схватить мерзкое создание за ногу. Создание рухнуло, приглушенно пискнув, а Мэнсон, подскочив, но не выпустив заразу, тут же рухнул сверху, верхом седлая воришку. Кажется, он поймал ребенка. Тощее тельце в поношенной задравшейся чуть ли не до головы кожаной куртке, лежало пластом под ним, крепко сжимая в руках несчастного кролика.
«Дети редко шляются одни», - промелькнула в голове светлая мысль и Мэнсон быстрее чем успел подумать, уже перевернул под собой тельце, снова придавив его своим весом и цепко ухватив за горло.
- Пикнешь – придушу, - прошипел от так, что поверил бы и стокилограммовый бугай, будь он на месте этого тщедушного ребенка.
Рука и впрямь сжалась на горле, внутри поднялось уже знакомое чувство, призывающее завершить начатое, но убийство, хоть и такое желанное, не входило в планы Мэнсона. Инстинкты все так же предупреждали, что неподалеку могут находиться люди, которые или отправили этого незадачливого охотника за добычей или ждут его. Заставив себя немного ослабить хватку, парень вгляделся в лицо лежащего под ним воришки и с удивлением отметил.
- Ты девчонка что ли?
Плоское как доска создание было сейчас в том чудесном возрасте, когда пол определить можно было только раздев и только в определенной области. Эх, славная получилась бы охота, но не сейчас и не здесь.
- Жрать хочешь? – вопрос был глупый. – А самой добыть слабо или ты только воровать умеешь?
Сам-то он не считал свою добычу украденной, поэтому и обвинял сейчас так легко. Но это были мелочи. Гораздо важнее было решить, что делать с этим чудом, смотревшим на него из такой соблазнительной позиции. Убить – опасно. Отпустить на все четыре стороны – значит самому уходить и уходить быстро, а жрать хотелось все сильнее.

+1

4

Пожалуй, самое поганое ощущение – это вовсе не страх. Мика уже успела схватить тушку кролика и рвануть обратно, прочь, подальше от опасного и явно разъяренного парня. Она успела почувствовать облегчение, адреналин, выплеснувшийся в кровь, и даже какую-то легкую безнаказанность, когда сильные руки грубо повалили ее на землю. И вот этот ужас от осознания, что ничего еще не закончилось, а напротив, все только начинается – был куда хуже.
Мика приглушенно охнула от боли, но подавила ее власть над собой, начиная лихорадочно брыкаться, царапая землю руками. Ей нужно было выбраться, с кроликом или без, она должна была убежать, а уж потом можно было и поплакать над ушибами и ссадинами. Но не тут-то было. Крепкая хватка парня держала, как тиски, а через секунду он еще и навалился на нее своим весом. Возможно, для взрослого человека он был худым, но для двенадцатилетней девчонки казался неподъемным.
Руки парня развернули ее, как тряпичную куклу, словно они ничего не весила. И Мика, испуганно распахнув глаза, уставилась на того, кто, возможно, ей прямо сейчас свернет голову за такую самонадеянность. В такой момент, Мика, конечно же, взмолилась всем существующим и несуществующим богам, поклялась, что больше никогда не будет воровать, посетовала, что ее жизнь так скоро завершилась, но все же продолжала бороться из последних сил до тех пор, пока парень страшно не зашипел, призывая ее молчать и не двигаться.
Мика на самом деле замерла, не в силах решить, что сейчас лучше – продолжать вырываться и надеяться на чудо или же замереть в руках парня и дать себя задушить без особых затруднений. Но, кажется, сомнения терзали и парня. Он не спешил воплощать в жизнь свою угрозу, а затем еще и спросил о половой принадлежности своей жертвы. Рефлекс сработал моментально. Организм почувствовал нотку единственного вероятного спасения и рванул туда на всех парах. Глаза Микки наполнились слезами так быстро, что сомневаться в их искренности не приходилось.
- Пожалуйста, отпусти меня, я больше никогда не буду так делать, пожалуйста, - зачастила Мика, всхлипывая и глядя на парня с невероятной мольбой на детском еще лице. Она не играла и не притворялась, она не была крутой, чтобы что-то сделать в такой ситуации. Ей действительно было страшно, - У меня папа куда-то пропал, он пошел добывать еду, но так и не вернулся. Я очень давно не ела и побоялась, что ты меня просто прогонишь, как и все остальные, если я начну попрошайничать. Уже ночь наступает, а я так хотела есть. Прости меня, пожалуйста, можно я пойду…
Мика тараторила так быстро, что заглатывала половину букв и слов, от чего ее речь становилась ужасно трудной для понимания. Если бы парень захотел вставить хоть слово, вряд ли бы у него получилось до тех пор, пока последнее «пойду» не прерывалось неконтролируемым всхлипом. Теперь девчонка лежала и просто дрожала под его телом от страха и слез, которые душили ее, беззвучно катясь по вискам.
Мельком Мика укорила себя за то, что приукрашая действительность, которую она выдавала за правду, она зря ляпнула про пропавшего папу. Милых горожан, возможно, это бы и впечатлило, а этого парня, который делано ушел из города, чтобы поесть, скорее всего, только подтолкнет на то, чтобы закончить начатое. Нет папы – никто же и искать не будет. Оставалось лишь глупо надеяться на то, что парень побрезгует убивать сопливое дитя за его свойственную по возрасту глупость.

Отредактировано Мика (2017-07-08 22:16:44)

+1


Вы здесь » Новый мир » Личные эпизоды » Сладость или гадость?


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC