Новый мир

Объявление

Добро пожаловать!

Постапокалипсис, экшн
Великая Смерть пришла 15 лет назад, убив всех взрослых и оставив тех, кто не достиг половой зрелости. Но дети выросли...

НОВОСТИ

► Добавлен новый игровой раздел, где можно поучаствовать в событиях Великой Смерти

► Форуму исполнилось 5 лет!

► Добавлены новые акции, ждем оперативников и жителей Планкинтона!

Время в игре:
21-31 мая 2029 года.
Погода в Планкинтоне:
от +6 до +14 С, облачно

► Убит Тони! Глава города Планкинтон застрелен прямо на улице на глазах многих жителей и гостей города. Позже один из его подручных убил Стива - правую руку уже мертвого главы и призвал горожан встать на его сторону в обмен на все, что можно снять с этих двух трупов.

► В Гром-горе пропал оперативник. «Великая смерть возвращается» - такое последнее сообщение оставил Майкл для руководителя Гром-горы. Но никаких предпосылок и симптомов болезни на поверхности не обнаружено. Начались поиски пропавшего громовца.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Новый мир » Летопись » Долг жизни


Долг жизни

Сообщений 91 страница 120 из 130

91

Иван проснулся где-то через четыре часа после того, как они с Мэри легли. Снаружи в окнах был виден тусклый свет. И Малахов сперва даже озадачился, не поняв, откуда он в тоннеле. Осторожно вытянул руку из-под Мэри и сел, посмотрев в запотевшее изнутри ветровое стекло джипа. Сразу понял, в чем дело: Мэри не выключила фары, и они уже светили неярко, ибо аккумулятор точно подсел. Ладно, все равно машину бросать придется, поэтому неважно, что там с аккумулятором...
Голова у Ивана была тяжелая, и казалось, что ее как-то клонит в сторону, будто одна левая половина была тяжелее правой. Глухая тупая боль возникла в затылке, но не сильно беспокоила. Так, чуть-чуть. Общая тяжесть черепа была куда неприятнее. Однако, как отметил Малахов, сон точно пошел ему на пользу. Чувствовал он себя получше. Идти сможет. Но противный тихий гул из ушей пока изгнать не мог. Да и черт с ним, в этих тоннелях нечего слушать, кроме своих шагов.
Мэри сонно пошевелилась. Иван повернулся к ней и наклонился, снова обняв. Принялся нежно целовать ее теплые и мягкие со сна губы. Вообще это особое чувство, когда будишь женщину поцелуями. Они в этот момент особенно мягки, податливы и беззащитны. И пахнут по-особенному.
- Просыпайся, мой маленький воин, - прошептал Малахов, улыбнувшись. - Нас ждет долгая прогулка. Или хочешь еще немного поспать?
Малахов погладил Мэри и снова сел рядом, решив ее пока больше не тревожить. Поднял одно кресло на той стороне, где сам спал, и занялся горячим завтраком. Уж запахи нормальной еды точно должны разбудить Мэри. Стараясь сильно не шуметь и не тревожить девушку, Иван залез в маленький рюкзак, куда складывал пайки. Достал два, чтобы плотно перекусить. Но сам сразу почувствовал приступ тошноты при мысли о еде. Однако поесть точно надо. И не циклиться на своих проблемах, так как идти еще далеко, миль двадцать, если не больше. Иван сейчас не мог точно, до километра, определить их местоположение в тоннеле. Ему нужны были какие-то ориентиры, имеющиеся и на карте, чтобы определиться. Впрочем, тут какие-то выходы в ответвления он видел перед тем, как вырубиться. Потом определится. Вскрыв пайки, Иван поставил на химический разогрев рис с курицей и омлет с ветчиной. Мэри выберет, что захочет, а ему было все равно. И так жрать не хотелось совсем. Можно было на сухом горючем из пайков разогреть и воды для кофе. Но снаружи. Ивану это показалось неплохой идеей. Окна изнутри немного запотели. Значит, в тоннеле холодно. Иван натянул на себя флисовую куртку из большого рюкзака. Взяв все необходимое для быстрого костерка и бутылку с водой, он вышел наружу, постаравшись сразу тихо прикрыть дверцу, чтобы не выпускать тепло. Все равно, конечно, часть выпустил, но ничего, согреет Мэри горячим кофе.
Фары машины горели неярко, но светили далеко. Поежившись от промозглой сырости и стылости тоннеля, Иван замер, осматриваясь. Он не заметил ничего необычного, когда был в полудреме, едва они приехали сюда. Не обратил внимания. Изнутри сейчас не увидел толком ничего, потому что окна были запотевшие. А сейчас увидел... И с тревогой осмотрелся. Старые проржавевшие машины, кучи истлевшего мусора вокруг... Что это?.. В тоннеле ничего подобного он не видел до этого на протяжении ста миль. В Вальгалле была информация, что этот тоннель вообще был законсервирован, когда началась эпидемия. Сюда просто никто не мог попасть, потому что все ворота и секретные въезды были перекрыты. А тут просто свалка вдоль стен... И только середина тоннеля свободна. Забеспокоился Малахов, ибо понимал, что такой мусор могут оставлять только люди. Но все выглядело осень старым и давно брошенным. Никакого движения вокруг Иван не заметил. Но все же сунулся обратно в машину и прихватил оттуда винтовку. Пусть будет под рукой, так спокойней. Обойдя машину и внимательно осмотревшись, он не увидел и не услышал в этом хламе ничего подозрительного. Успокоился и, поставив винтовку возле себя у бампера, принялся в свете фар ставить маленький таганок под котелок и разводить под ним огонь из таблеток сухого горючего. Налил в котелок воды и снова осмотрелся. Заметил, что по трещинам в полу вьется какой-то чахлый белесый мох. Как он тут вырос без фотосинтеза, черт его знает. И сырость ощущалась сильно. В воздухе чуть пахло плесенью. "Наверно, и здесь где-то грунтовые воды пробились в тоннель", - решил Малахов, и пошел осмотреть свалку у стены получше. Взял винтовку, так как на ней был тактический фонарь, и двинулся к правой стене.
Он поднял ствол, включил на нем свет и прошел несколько метров, рассматривая барахло. Военный джип и две гражданские машины. Полностью проржавевшие и покрытые той же белесой растительностью, что и трещины в полу. Мусор вокруг них представлял собой почерневшие и расползшиеся пустые картонные и деревянные ящики, кое-где с разбросанными пластиковыми упаковками рядом. Что там было в этих упаковках, не поймешь уже - остались только фольгированные обрывки пластика без рисунков или надписей. Еще были какие-то тряпки, обломки металлического стула, сожранного ржой до состояния губки, раскисшие пачки каких-то бумаг и совсем непонятные бесформенные кучи. Создавалось впечатление, что когда-то в этот тоннель приехали люди с вещами, вывалили их, как попало, а потом бульдозером  придавили к стенам. Так, что получились завалы всякого перемешанного хлама. И все это скисло от сырости. Может, тут и был кто-то, но очень и очень давно. Какая теперь уже разница...
Удостоверившись, что мусорные кучи и старые машины не представляют никакой угрозы, Малахов вернулся к джипу, где уже парил котелок, облизываемый синеватыми прозрачными язычками пламени снизу. Открыл пайки, достал их них пакеты с кофе и высыпал порошок в закипевшую воду. И сразу все затхлые запахи отступили перед его разнесшимся ароматом. Малахов в наслаждением вздохнул, присев на корточки у котелка, опираясь на винтовку. И подумал, что вот кофейку он точно выпьет с удовольствием.
Заем Иван умылся, как смог, остатками воды из бутылки и захотелось страшно почистить зубы. И тут он с ужасом вспомнил, что забыл положить гигиенический набор в рюкзак. Он остался в брошенном возле Байерса L-ATV'е . Но в пайках была жвачка. Это хоть как-то утешало. Иван закинул в рот сразу две подушечки резинки, разжевал, почавкивая от острого мятного вкуса, и принялся гонять ее во рту, чтобы очистить зубы. Получилось, и вполне ничего так.
Вскоре из машины появилась Мэри, закутанная в другую флисовую куртку, и тоже обрадовалась горяченькому. Иван принес из машины согревшиеся уже пакеты с едой, и налобный фонарь. И они устроили маленький пир прямо на капоте джипа. Малахов  так и не хотел есть, но толкал в себя еду, потому что понимал - поесть скоро не удастся, а энергия нужна. Хотя бы на обогрев тела. Сладкий кофе завершил трапезу, после чего Иван вытер кружки салфетками, чтобы не тратить воду на мытье. Собрал упаковки от пайков с объедками и крошками печенья, отнес к стене, закинув их в одну из ржавых машин. Потом помог экономно умыться Мэри и дал ей жевательную резинку - зубы почистить. А сам залез втихаря в аптечку и проглотил таблетку от головной боли, которая усилилась
- Ну, выходим, - сказал он Мэри, заметно повеселевшей после плотного завтрака.
Хотя, это был не завтрак, конечно, а, скорее, обед, потому что наручные часы Малахова показывали почти восемь часов вечера. Но какая разница, если тут нет дня и ночи... Собрав быстро вещи в рюкзаки, проверив оружие и распихав по карманам фонари, батарейки и ПНВ, Иван и Мэри покинули джип, оставив фары включенными. Они какое-то время освещали им путь со спины, экономя людям батарейки. Метров через сто Иван включил уже свой криптоновый фонарь, разрезав его ярким белым лучом темноту. На какое-то мгновение ему показалось, что он увидел в его свете движение и дернул рукой за ним. Но свет выхватывал из тьмы только мертвый мусор вокруг. И тут на него вылезла здоровая крыса. Иван даже не мог представить, что они могут вырастать до таких размеров - почти с кошку. И понял, что наверно, видел бег крысы по свалке. Вспомнил рассказы исследователей брошенных тоннелей Вальгаллы о том, что там крысы могли сбиваться в большие стаи и нападать сообща на людей. Представив целую стаю таких здоровенных тварей, Малахову стало не по себе. Но крыса, испуганная светом быстро спряталась в мусор. Если боятся света, то хорошо. Тогда вряд ли нападут, решил Иван. Но предложил Мэри немного прибавить ходу. Она тоже видела крысу и пошла быстрее.
Через полкилометра в тоннеле появилась вода. Сперва просто тонкой пленкой, но постепенно лужа от стены до стены становилась глубже - настолько, что захлестывала носы ботинок. Они были гидрофобными и с хорошей защитой от промокания - что у Мэри, что у Малахова, поэтому Иван не особенно беспокоился. Однако, сверившись с картами на планшете, он заметил пометку в углу, которая говорила, что здесь тоннель довольно резко понижается на 10 метров. И, похоже, именно тут скопилась вода, залившая тоннель. Прикинув нынешний уровень воды и глубину тоннеля, Малахов понял, что впереди она будет под самый потолок. И нырком не проплыть без акваланга - там метров 50 тянется "низкий" тоннель.
- Черт, кажется, у нас проблема, к которой я был не готов, - произнес Иван, остановившись, посветив на водную гладь перед собой и заметно понижающийся к ней потолок. - Грунтовые воды. Судя по моим данным, тоннель впереди полностью затоплен... Мы тут не пройдем. И вплавь не сможем, там акваланги нужны, которых у нас нет... Надо вернуться назад, к джипу. Там были арки ответвлений в технические коридоры, которые идут параллельно основному тоннелю. Вот эти.
Иван повернул к Мэри планшет со схемой участка тоннеля, где они находились. Рядом с широкой полосой основного коридора тянулись рядом две тонких.
- На этих боковых коридорах нет пометок о том, что они спускаются, значит, есть шанс пройти, если эти проъоды целы. Короче, выбора нет, пошли назад.

0

92

Мэри спала тревожно, постоянно ворочаясь первые пару часов. Ей снились люди. Разные. Знакомые и те, кого она уже не помнила. Т каждый из них, что-то говорил. Только слов девушка так и не расслышала. Но постепенно все эти образы исчезали и в конце концов, полностью оставили разум охотницы в покое.
Отдохнуть хорошенько все равно не удалось, Иван проснулся и занялся делами, стараясь не будить спутницу раньше времени, но все-таки вырвав ее из мира снов. Мэри потянулась к мужчине, инстинктивно отвечая на его поцелуи, которые быстро закончились. И хотя Малахов от нее "отстал", снова крепко заснуть уже не получилось.
Позавтракав и быстро собравшись, молодые люди двинулись в путь. Девушка попробовала еще на этапе сборов пару раз намекнуть Ивану на желание близости, но мужчина был либо очень занят, либо не слишком здоров, потому что упорно эти намеки игнорировал. Смирившись с отказом, охотница решила не нудеть и пока не пробовать снова.

Встреча с крысой и водой, очень обрадовала Мэри, в отличии от ее спутника. Если Малахов видел в этом только проблему, то молодая девушка, долгое время жившая на ферме с сестрой - ресурсы. Крысы могли быть опасны и переносить серьезные болезни, но на ни было довольно легко охотиться, да и мясо после приготовления, могло быть вполне съедобным, а значит смерть от голода в тоннелях, беглецам явно не грозила. Тоже самое было и с водой. Она была грязной и затхлой, но ее вполне можно было очистить в достаточной мере, чтобы использовать для стирки и приготовления пищи, а может быть даже для питья. Мэри даже более искренне заулыбалась, стоя на "берегу" импровизированного водоема, ведь теперь она была уверена, что если по воли судьбы они останутся с Иваном в тоннелях, вполне смогут выжить. Конечно, охотница будет очень сильно скучать по солнышку, ветру и зеленой листве, но отдать это за возможность жить вмести с любимым, была согласна.
Размышления и планы девушки, были прерваны словами Ивана. И Мэри, продолжая улыбаться, посмотрела вначале на него, а потом назад по направлению к машине.
- Хорошо, - кинула она. - Мы вполне можем поискать другой путь. Но думаю будет разумно, в случае неудачи вернуться именно сюда. Знаешь... А ведь я даже могла бы тут жить. В крайнем случае, конечно. Но могла бы.

+1

93

С того самого момента, как большая часть людей собралась вокруг машины, ни один из них не рискнул подойти и предпринять каких-то активных действий. Не то что бы они боялись, но некое чутьё подсказывало держаться подальше до некоего кульминационного момента, который подскажет либо интуиция, либо приказ Балто. Кстати, он как раз задерживался.
- Они ещё внутри? - едва слышно прошептал Мэд.
- Да, смотри, уже зашевелились. - ответил Дик, с трудом удерживаясь, чтобы не залепить в ухо навалившемуся сзади любопытному братцу, который решительно не помещался в узком проходе.
- Думаешь, сейчас вылезут?
- Фиг их знает, надо ждать.
Потянулись томительные минуты ожидания, сдабриваемые тем неприятным обстоятельством, что никто толком не был уверен, что кто-то реально собирается выходить - вдруг сейчас машина заведётся, развернётся и покатит в обратном направлении. А может быть и поедет прямо, въедет в воду и булькнет в омут до того, как водила успеет очухаться. Второй вариант неплох, так как пассажиры должны спасать себя и точно выберутся на поверхность, где их уже будут ждать, но, чёрт возьми, сколько добра уйдёт на дно вместе с тачкой! Пусть уж лучше вылезают, мать их переэтак!
- Чуешь? - Мэд шумно засопел, втягивая носом воздух.
- Жрут что-то. Вкусное, небось.
И действительно - по тоннелю начал распространяться запах пищи, незнакомый, но чертовски приятный. Он был едва уловим, но чуткие носы местных жителей распознали бы этот аромат среди тысяч зловоний, коими подземелье в некоторых местах было просто перенасыщено.
Но вот настал долгожданный момент самой желанной перспективы - дверь автомобиля открылась, один из незнакомцев вышел наружу. С какое-то время он осматривался, затем снова полез в машину и достал оружие. Едва в отблесках фар блеснул воронёный металл и пластик штурмовой винтовки, дикари затихли пуще прежнего. Теперь, если чужаки что-то заподозрят и начнут отстреливаться, вся надежда только на Балто и его замечательный огнестрел. Вот только бы эти человечки отошли подальше от своей машины.
Но череда удач на этом не закончилась - словно внемля внутренним мольбам собравшихся, незнакомцы действительно вылезли из машины и отправились вглубь тоннеля пешком, освещая себе путь фонариком. Лёгкая добыча, глупая добыча!

Балто, Перец и Хуч вышли на охоту последними и двигались особняком, собственным маршрутом. Для них это действительно была самая настоящая охота, как если бы парочка незнакомцев была просто двумя большими лысыми крысами. По информации, принесённой разведчиками, среди гостей подземки была женщина, и ради этого стоило попытаться взять её живьём. Впрочем, если они оба погибнут, то, даже не считая полезных вещей и новой одежды, многие сегодня как следует поужинают. Но всегда нужно надеяться на лучший исход, поэтому у Перца на этот случай было припасено лассо, коим он отлично владел. Буч же припас нечто особенное - арбалет со стрелами, к которым вместо наконечника были прикреплены ампулы с ярко-жёлтым порошком. Человек, нашедший их впервые, случайно разбил одну, облачко пыли попало ему в глаза и выжгло до слепоты, а потом и вовсе задушило, но перед этим он орал как бешеный от боли, расцарапывая себе лицо в кровь. Вполне возможно, что химикат просто вызывал ожоги и раздражение, а бедолага просто в агонии выцарапал свои зенки собственными же руками, но результат всё равно налицо. После этого инцидента Буч искал возможность испробовать специальные стрелы в деле, и вон она представилась. В конце концов, если удастся взять кого живьём, глаза ему уже потребуются никогда.
Балто в плане снаряжения поступал всегда одним и тем же образом, беря с собой любимое однозарядное ружьё с переламывающимся стволом, но это всё равно выделяло его на фоне остальных. Будучи единственны владельцем огнестрела в племени, он хорошо с ним управлялся, умел находить и переснаряжать боеприпасы по своему вкусу. Вот и сейчас он, вооружившись одностволкой и дюжиной пулевых патронов, двигался позади Буча и Перца. В отличии от своих младших собратьев, они знали, что делали, и трезво рассчитывали все шансы. Любой вариант подходил им, если не считать вероятности того, что машина попросту развернётся и уедет. Но даже если гости вздумают прокатиться до самого водяного омута и умудрятся вовремя остановиться, то стоило бы им показаться снаружи, как троица моментально примется за дело.
Естественно, они и представить не могли, что добыча сама вылезет из скорлупы автомобиля и двинется вглубь тоннеля на своих двоих. но когда, пробравшись через разлом в стене к основной линии, они увидели шагающих к ним людей, то чуть не упали от радости. Конечно, эйфорию чуть поубавило наличие в руках незнакомцев огнестрельного оружия, но ситуация всё равно казалась легче некуда. Главное, чтобы эти долбохлопы вовремя начали выполнять свою роль загонщиков, а то, чего доброго, из-за жажды наживы отвлекутся на брошенную тачку.
Пара остановилась у самой воды и начала болтать. Каждое слово эхом разносилось по сводам тоннеля, и затаившиеся дикари вместе с вожаком слышали каждое их слово. Оставалось подгадать момент, когда те двинутся обратно, и только бы остальные подоспели вовремя, чтобы Балто и Перец могли взять дичь со спины.

Когда пассажиры покинули транспортное средство и удалились на достаточное расстояние, самые смелые начали подбираться к ней сзади, после подтянулись и остальные, стараясь избегать света фар. Все знали, что ударная группа во главе с вожаком вот-вот разминется с незнакомцами, но кое-кто счёл более важным поживиться за счёт беспризорной техники. Остроты доставило то обстоятельство, что двери её не были заперты. Кое-кто уже начинал нервничать, опасаясь, что кому-то достанется всё самое лучшее и вкусное - последнее, кстати, вполне имело место быть, так как изнутри буквально разило вкуснятиной.
- Блин, нам надо идти за этими. - возмутился Дик, приноравливая к луку стрелу.
- Скажи этим болванам. Тачку всегда успеем обыскать, надо сначала этих приголубить. - поддержал его Мэд.
- Балто сказал, что брать надо живыми, хотя бы девчонку.
- Балто дохрена чего говорит, но вот в чём он прав, так это в необходимости сначала разобраться с гостями. - с этими словами Мэд, пользуясь своей физической силой, сгрёб с охапку всех, до кого мог дотянуться из числа порывающихся залезть в салон внедорожника, и закрыл собой дверь, - Идём за ними, иначе я вам сейчас наваляю по первое число! Только под свет не лезьте, заметят.
Нельзя сказать, что Мэддисон, даже будучи сильным парнем, пользовался большим авторитетом, но сейчас люди его послушались и молча повиновались указу. Лишь горстка малолеток осталась дежурить у машины, но от них всё равно никакого проку не было бы.

Темноту коридоров наводнил странный гул. Он раздавался буквально отовсюду, как будто даже сверху. К несчастью, ни Иван, ни Мэри не смогли бы распознать в нём массовый отзвук подбирающейся ватаги дикарей, заполонивших собой практически всю ширину тоннеля. гонимые стремлением поскорее сделать своё тёмное дело и насладиться плодами охоты, а также предвкушая близкую добычу, они уже не так старались быть тихими, но даже сейчас сложно было различить отдельные шаги.
Через некоторое время гул, до этого нараставший, начал резко спадать, пока совсем не стих. В этот самый момент что-то взмыло в воздух, что-то маленькое, Малахов и его спутница не  столько увидели, сколько ощутили это. Резкий звук удара пустой консервной банки раздался в паре метров от пары, и через мгновение жестянка оказалась в свете фонаря.

+1

94

Иван выключил планшет и сунул в боковой карман своего рюкзака, куда мог сунуть руку, не снимая его. Там он не пострадает случайного удара, если иван поскользнется на сыром полу или сверху камень прилетит. А сверху вполне мог рухнуть такой подарочек. Иван посветил в потолок, увидев на нем множество трещин, и ему мучительно захотелось оказаться под открытым небом, где сверху ничего в голову не падает. Веселая реакция Мэри на здоровую крысу сперва озадачила немного Ивана. Но он вспомнил "мяско" грызунов, которое она в качестве охотницы добывала к столу на своей ферме, и тоже хмыкнул, улыбнувшись. На ее слова о том, что можно вернуться сюда, чтобы жить тут, он недоуменно посмотрел на нее. Он не представлял, как можно жить на сырой свалке, источающей вокруг затхлые запахи посреди всего этого грязного мусора. Его представления о постоянном жилище подобного не предусматривали.
- Нам не придется здесь жить, - уверенно сказал Малахов. - Тут никто не смог бы жить, кроме крыс. Непонятно, что они тут жрут вообще...
И тут же замер, услышав какой-то глухой гул в тоннеле. Он совершенно не представлял, что может издавать такой звук, а все неизвестное потенциально может являться опасным. Звук вскоре исчез, затихнув, а Малахов так и не понял, что это было. Может, где-то далеко небольшой обвал произошел, и в гулких тоннелях так трансформировался звук?.. Кто его знает... Землетрясения точно быть не могло - тут была сейсмически стабильная зона. До этого ничего подобного в тоннелях (в том числе и в Вальгалле) Иван не слышал. Впрочем, тут они больше ехали, чем находились вне автомобиля. А бронированный джип гасит звуки куда лучше обычной машины. Так или иначе, гул был негромким, земля не затряслась, и на том спасибо. А всего бояться - запаришься трястись. Надо просто идти и все.
Вдруг рядом у стены что-то звякнуло, а к ногам путешественников выкатилась ржавая консервная банка. Иван встал, как вкопанный, но уже через секунду рывком утянул за свою спину Мэри и повернул фонарь к куче хлама в той стороне. А свободной рукой уже поднимал винтовку. Глаза его искали цель среди куч старого грязного барахла и двух рыжих от ржавчины автомобилей. Показалось, что заметил движение. Не увидел, а именно показалось, будто заметил. Как и в случае с крысой. Но больше ничего там не увидел.
- Наверно, снова крысы, - произнес он, повернувшись на всякий случай и в другую сторону, чтобы внимательно осмотреть со стволом и ее. - Включи свой фонарь, давай пройдем до машины с максимально возможным освещением. Что-то не нравятся мне эти жирные здоровые твари. Может, тут их целая стая собирается. А на свет вряд ил пойдут. Если что, сразу вставай в тыл и отстреливай их сзади. Я слышал, что крысы - чертовски умные твари, и под пули вряд ли полезут, если завалить сразу несколько. Да и выстрелы в тоннеле будут очень громкими, распугают. Пошли дальше. И не отходи от меня, пожалуйста.

0

95

Мэри кивнула на слова мужчины и включила фонарь, посветив им из стороны в сторону, а затем и назад на водную гладь. Звук девушке совершенно не понравился, ведь гул совершенно не был поход на крыс, а все не являющимся живым, пугало девушку почти также как и надзиратели в лагерях Вальгаллы. Когда твой противник дышит как и ты, всегда есть шанс выиграть битву, будь то человек или зверь, а вот когда против тебя машины или даже превратности природы, тогда шансов мало.
- А тоннель под водой длинный? Точно нужен это твой аква-акаланг? Может просто нырнуть и задержать дыхание? - охотница не любила возвращаться, идти вперед всегда казалось правильнее. - Посмотри на всякий случай, а пока можем пойти и по твоему пути. Как ты думаешь, может имеет смысл осмотреть кучи мусора? Тут конечно крысы, но ведь ты прав, они чем-то питаются, а значит может быть там осталось что-то полезное. Или нам ни к чему лишний груз?
Мэри слегка напуганная неизвестным звуком, все-таки чувствовала себя почти в "своей тарелке". Охота на грызунов, поиск полезностей среди мусора, пешая прогулка. Все это было знакомым и родным, в отличии от военных и их скорострельных машин.
- Веди, "мой герой", - произнесла девушка, вычитанную когда-то в маминых книжках, фразу. А затем улыбнулась и обхватив Малахова за талию, прижалась на несколько секунд к его рюкзаку. Но почти сразу отпустила, почувствовав что близость через груду вещей, совершенно не такая, которую хотелось бы получить. - Пошли.
Мэри старалась держаться за спиной Ивана и поглядывать по сторонам, водя фонариком. Мысль о скрытых в мусоре богатствах все еще ее волновала и она старалась разглядеть, хоть что-то ценное.

+1

96

Действия охотников не поддавались однозначной оценке. Правильным, несомненно, было то, что они рассредоточились по всей ширине тоннеля, не давая жертвам шанса уйти, кроме как ринуться назад к воде. С другой стороны, сейчас они были больше похожи на загонщиков с присущей им нерасторопностью и шумностью. Мэд и Дик, не без оснований считавшие себя самыми опытными в этом вопросе, с недовольством смотрели на всё это, и, тем не менее, продолжали идти в первых рядах. В конце концов, если Балто оценит их инициативу по достоинству, из общей доли может перепасть жирный кусочек обоим. Достаточно было посмотреть на постную ухмылку Дика, чтобы понять, какие "грандиозные" планы он уже выстроил в уме в отношении девки, хотя с его то авторитетом в племени рассчитывать на что-то большее, чем подсматривание из-за угла за работой старших, не стоило. Сам же Мэд, едва только услышав об огнестрельном оружии, теперь только о нём и думал, не выбрасывал из головы ни на минуту эту мысль. Он, большой и сильный, один из самых уважаемых в общине, идёт сейчас на передовой, готовый голыми руками скрутить дичь и преподнести на блюдечке Балто. После такого он и только он должен быть достоин носить статусную вещь. Он даже был согласен на то, что ему перепадёт старый ствол главаря, но здравый смысл подсказывал иное - всё самое ценное, в том числе и оружие, загребут прихвостни. Вот их-то Мэд ненавидел больше всего, и при случае как-нибудь свернут одному шею во сне или столкнёт в омут.
- Вот они, вот они! Тише! - натужно прошипел Дик, когда впереди показались шарящие лучи фонарей, и резко сбавил шаг. Его голос, хоть и прозвучал явственно, слился с шуршанием стекающей по стенам воды.
Загонщики последовали его примеру и теперь двигались тише самой маленькой и осторожной мышки. Но чем ближе они подбирались к незнакомцам, тем сильнее росло напряжение в каждом из них. Кто-то начинал теребить оплётку самодельных топориков, кто-то нервно дёргался, но, к счастью, до последнего момента ни один охотник не выдал себя. А потом случился казус.
Малыш Кокер славился своим искусством лучника. Вернее, он только этим славился, хотя на самом же деле был в данном деле весьма посредственен, но всегда и везде отчаянно добивался признания. Мало кому было интересно ребячество двенадцатилетнего пацана, а он и рад пользоваться - ведь если сам себя не похвалишь, никто не похвалит. В этот день он каким-то чудом пробился в первые ряды и был на удивление тихим. Поначалу он не выпускал лук с приготовленной стрелой из рук, но это было в самом начале. Затем ему надоело, и злополучное оружие начинало его тяготить. Когда же началась самая настоящая охота, он вновь воспрянул духом и твёрдо решил для себя, что первая стрела в груди человека-дичи будет его. Что, собственно, Кокер и попытался воплотить в жизнь, когда увидел отдалённые силуэты людей с фонарями. Он проворно выскочил впереди всех, запрыгнул на бетонную глыбу и уже было прицелился, как тут же был схвачен чьей-то сильной рукой за шею и таким образом доставлен обратно в стройные ряды охотников. При этом его ноги, отчаянно не желавшие покидать позицию, заболтались в воздухе и совершенно случайно пнули валявшуюся консервную банку. Скрежетнув жестью, консерва полетела прямиком к незнакомцам и тут же привлекла их внимание.
- Кокер! - едва слышно выдавил из себя Мэд, когда поставил мальчугана на место. За неимением возможности вмазать ему по шее, он лишь сдавил его горло, да так, что у паренька чуть глаза не вылезли.
Реакция охотников на столь досадную оплошность была молниеносной - они тут же остановились, присели и буквально растворились в тишине. Некоторые из особо ловких так же беззвучно юркнули за ближайшие укрытия. Вскоре свет фонаря одного из людей скользнул по их позициям, но никого не вычислили - измазанные грязью с ног до головы и одетые такие же чумазые лохмотья, дикари идеально сливались с окружением. Распластавшегося посреди чистой дороги охотника можно было запросто перепутать с кочкой сильно разросшегося мха или кучей мусора.
Но, кажется, пронесло. Поелозив фонарями вокруг, дичь беззаботно выразилась про крыс, и в этот момент большинство спрятавшихся готовы были облегчённо вздохнуть. Однако, времени расслабляться не было - наступал тот самый момент, когда нужно было резко, стремительно нападать. И первым был Мэд.

Звонко щёлкнув, арбалет выпустил стрелу, которая с леденящим душу свистом разрезала воздух на пути к Малахова. Иван ощутил сильный, резкий удар где-то в районе пояса, при этом что-то предательски хрустнуло - не кость, но что-то из закреплённого снаряжения. А через мгновение то, что казалось приваленной к остову машины асбестовой трубой, оказалось разодетым в пыльные тряпки человеком, лицо и кожа которого от одежды цветом почти не отличались. Человек этот перемахнул через машину, коснувшись капота лишь одной ногой, но этого хватило ему, чтобы оттолкнуться и прыгнуть прямиком на Ивана. В свете фонаря тот увидел не только искажённое дикой яростью лицо, но и короткую деревяшку в руке нападающего с прилаженным к ней заострённым куском арматуры.

Отредактировано Шакал (2014-10-22 22:22:03)

+1

97

Выслушав вопросы Мэри, Иван ответил:
- Затопленный тоннель тянется метров пятьдесят, и только потом опять повышается. Мы не проплывем столько, затаив дыхание. Не говоря уже о том, что мы с грузом. Винтовки и пистолет после купания вообще перестанут быть оружием. Кучи мусора лучше не трогать - неизвестно, какая там может быть зараза от крыс. И трупный яд, и, Бог знает какие еще инфекции. Там не может быть ничего полезного. А вот опасного - сколько угодно.
На заявление Мэри "Веди, мой герой" Иван негромко рассмеялся, почувствовал руку девушки на своем боку и то, как она обхватила его вместе с рюкзаком. Тут же отпустила и пошла дальше, но Малахова немного накрыло нежностью к Мэри, и он подосадовал, что, наверно, слишком суров и сух сегодня с ней. Страшно захотелось остановиться и приласкать девушку. Но пока вокруг гуляли полчища крыс в темноте, решил повременить с этим. Вот дойдут до джипа, тогда он точно к ней целоваться полезет. Там он чувствовал себя спокойней и безопасней. Но не здесь, где какой-то гул и смутные шорохи от крыс слышались. Или мерещились.
Иван, услышав тихий " треньк!" спущенной тетивы и странный свист, тут же поучил ощутимый удар в живот, прямо в поясную систему рюкзака. Карбон застежки-карабина брызнул осколками, но металлическая пластинка под пряжкой остановила стрелу. Иван, охнув от неожиданного удара, пару мгновений ошалело смотрел на ударивший в него стержень, упавший под ноги. Это явно была самодельная стрела из какой-то железки со следами грубой обработки. И крысы вряд ли умели стрелять из луков.
- Маугли! - вскрикнул Малахов, предупреждая Мэри об опасности. - К стене!
Иван резко подался к стене слева, кинув руку назад, хватая Мэри за что смог и утаскивая за собой. И тут же в свете фонаря увидел, как куча мусора за ржавым автомобилем ожила, стала человеком в грязном тряпье и сиганула прямо на него. Малахов встретил ее короткой очередью, срезав в упор в полуметре от себя.
- Выключи свет! - крикнул он Мэри. - ПНВ!
Он с силой отшвырнул от себя криптоновый фонарь в сторону, будучи уверен, что тот разобьется и погаснет, когда упадет на пол. Стрела прилетела из тоннеля, в котором до джипа не было никаких ответвлений. Значит... за двумя путникам тихо шли, преследуя. Малахов зашарил в кармане куртки, доставая и включая одной рукой ПНВ. Сам же в этот момент прижал Мэри к кузову ржавой машины, присев на корточки под прикрытием багажника. Драгоценные секунды утекали, пока прибор включился и стал готов к работе. Хлопнув Мэри по коленке, чтобы дать знак сидеть и не рыпаться пока, Малахов поднес ПНВ к глазу и высунулся из-за машины, осмотрев тоннель в той стороне, откуда они только что пришли. И обалдел... Он увидел целую толпу тепловых объектов, явно людей, рассредоточившихся по стенам среди куч мусора. И они были совсем рядом. Закрепить ПНВ сейчас было на голове нечем, ведь Иван до этого не позаботился об этом, даже не думая, что в тоннелях кто-то мог быть. Он знал, что тут все ворота запечатаны, и как эти маугли смогли пробраться в него - загадка. Если эти люди с самодельными стрелами - жители Гром-горы, забравшиеся на 20 миль от своего бункера в тоннели, то это пи**ец... Значит, Иван ведет Мэри не спасти, спрятав от Вальгаллы среди сравнительно цивилизованных людей, а погубить в лапах банды конченных дикарей. Которые, вполне возможно, еще и каннибалы... Но сейчас следовало думать не об этом, а просто пока о спасении. Думать и решать - потом, а пока просто выжить.
- Валим к воде. Без света. Смотри в ПНВ, - негромко и нервно бросил Малахов девушке, хватая ее за рукав и рывком поднимая на ноги. - И береги патроны.
Иван подтолкнул Мэри в сторону затопленного тоннеля, а сам быстро двинулся за ней спиной, прикрывая ее сзади. Винтовку он держал одной рукой, другой прижал к глазу ПНВ. Он знал, что, если сейчас откроет стрельбу, то демаскирует себя в темноте, привлекая в свою сторону все стрелы, которые только есть у тварей, окруживших их. Главной задачей сейчас было просто оторваться от них и найти хоть какое-то укрытие. А потом перещелкать с помощью ПНВ, если вздумают приблизиться.

Отредактировано Иван Малахов (2014-10-24 21:52:58)

0

98

Мэри была настроена оптимистично и улыбаясь шагала за Иваном, пока не услышала звук летящей стрелы. Девушка сама охотилась чаще всего именно с луком или арбалетом, стараясь экономить каждый патрон для ружья отца, поэтому звук летящей стрелы точно ни с чем перепутать не могла. И среагировала раньше, чем вообще поняла, что именно происходит. Мысли о том, откуда именно могла взяться стрела в закрытом подземелье, которое по словам Ивана было пустующим уже многие-многие годы, пришли значительно позже, впрочем озвучивать их, брюнетка все равно не стала.
Охотница как по приказу, резко опустилась на одно колено, как будто прячась за ногами Малахова. Защита конечно была не ахти какой, но почему-то тело решило, что присесть будет безопаснее. Мэри еще не успела осознать что происходит, а спутник уже куда-то потянул ее. Иван действовал быстро, четко и что-то говорил про ПНВ. Девушка уже знала, что это какой-то прибор, но как им пользоваться, так и не успела расспросить Малахова. Но в критической ситуации спорить было бесполезно. Мэри просто позволяла себя тащить, пинать и командовать, послушно выключив фонарик и стараясь не споткнуться в темноте, двигаясь с Малаховым в сторону воды. В выключении света был огромный плюс, теперь охотница полагалась больше на свой слух и природное чутье, которое раньше ее часто спасало. Слова об экономии патронов, были лишними, Мэри и сама прекрасно понимала, что пока не время для стрельбы.
Казалось бы, сейчас была очень сложная ситуация, когда молодые люди не знали своих врагов и даже не подозревали о их существовании еще несколько минут назад, но девушка почувствовала не страх, а охотничий азарт и какое-то... счастье. Даже противное слово "маугли", произнесенное Иваном, ласкало слух. Хуже чем жители Вальгаллы, никого быть не могло. По крайней мере, именно так сейчас думала Мэри.

+1

99

Проклятье! Ну вот чем, чем, скажи себе, ты думал, дружище Мэд, когда заряжал стрелу? Ведь даже тухлой мокрице было бы понятно, что люди эти позаботились о защите бронёй жизненно важных участок своего тела. Надо же было тебе решить, балда ты этакая, мягкая оленья головка как нельзя лучше подойдёт для человека. Нет, был бы это один из братьев, тогда прокатило бы, но тут совершенно посторонние люди, имеющие доступ к куче материала - ты ведь не раз видел издалека таких вооружённых до зубов бойцов, одетых в зелёную пятнистую одежду, и знаешь, чем те экипируются для защиты от пуль и прочих снарядов. Надо было сразу брать тяжёлые цельнометаллические болты, что ты наделал из арматурной проволоки. Если уж они пробивают навылет эти железные красные баллоны, что изредка попадаются в тоннелях и исторгают много-много пены, то и жертве не поздоровится, чем бы она там себя не защищала.
Едва стрела достигла цели, Мэд спрятался за опорной колонной, но он уже знал, что попадание не принесло должного эффекта. Он мигом кинулся перезаряжать арбалет, когда услышал оглушительный треск автоматной очереди, разнёсшийся по всем уголкам подземелья, и от неожиданности притих, но быстро собрался с мыслями и продолжил осуществлять манипуляции с арбалетом. Этот звук был так похож тот, с каким стрелял тоннельный Упырь, но он был быстрее и не такой громкий. Интересно, может это его братья или что-то вроде того? В таком случае парни сильно нарвались. Но ведь они же видели тех двоих ещё в машине, вполне себе обычные люди, просто с поверхности, и уж точно никоим образом не относятся к тому двуногому ужасу, что сторожит самые дальние уголки подземелий.
В этот раз парень решил не мелочиться и вложить в паз уже не древко с наконечником, а самую настоящую стальную болванку, которая хоть и не убивала наповал, как это показывал опыт с дикими животными, но зато пробивала всё и всё. Накинув два ранее болтавшихся хомута на плечи арбалета, чтобы те были сильнее, он перезарядил оружие. По спине пробежали мурашки от осознания избыточного напряжения в тетиве и того, какой термояд ждёт засранца, что подвернётся на пути такого штыря.
- Стреляют! Шхеримся! - прикрикнул Дик и сам нырнул за бетонную перегородку, надеясь, что товарищи последуют его примеру.
В целом, он не ошибся насчёт большей половины соплеменников, которая испугалась выстрелов не меньше его и тоже поспешила к укрытиям, откуда продолжили осыпать стрелами автомобиль, за которым укрылись люди. Правда, другая часть, значительно более меньшая, ни с того ни с сего рванула с ножами, топориками и прочими страшными инструментами в лобовую прямиком на укрывшихся за машиной. наверное, виной тому было отсутствие дальнобойного оружия типа луков и арбалетов, а также желание поскорее урвать кусочек, пусть и во вред здравому смыслу. Можно было с уверенностью утверждать, что каждый в этот момент думал о том, как первым всадит крючковатый конец фомки в череп мужика и придушит его самку, но это не делало их менее опасными, скорее даже наоборот, распаляло жажду убивать и притупляло чувство боли и страха.
Малыш Кокер, коего происходящее захватывало почище самой горячей партии в карты, в какой-то момент даже растерялся - столько всего вокруг разом произошло, столько моментов отличиться представилось, что мысли мальчишки разбегались кто куда, и он, разумеется, всё это время сидел без дела. Однако, озарение всё-таки пришло, причём в обоих смыслах этого слова. Один из людей бросил свой фонарик, надеясь, вероятно, что тот осветит приближающихся загонщиков, но светящаяся палочка закатилась в выбоину на асфальте и теперь освещала разве что крохотный кусочек земли и мха. Находившийся вне зоны перестрелки, он шустро побежал навстречу источнику света, лавируя между укрытиями и засевшими товарищами. Очень вовремя начали атаку дружки с холодным оружием и отвлекли всё внимание на себя, так что Кокер ничем не рисковал. Едва запустив руку в ямку и выудив фонарь, он, не знакомый с правилом пользования переключателем, зажал стекло ладошкой так, что та начала светиться красным изнутри, и побежал к передовой. Его никто не остановил, да и никому не было дела, и когда мальчик добежал до условной точки, то плюхнулся на поросший мхом пол выставил фонарик точно на то место, где засели жертвы. Так он надеялся осветить противника для своих друзей, чтобы те лучше видели, куда стреляют.

Тем временем троица во главе с вожаком упорно сидела в засаде и могла лишь слышать, как неподалёку происходит бойня. Они не сомневались, что охотники вынудят людей отойти к воде, если не перебьют раньше, но вот о том, какие они сами при этом потери понесут, можно было только догадываться. Буч с арбалетом засел на выходе из разлома, по которому группа пришла в тоннель, рядом с ним, но уже снаружи, в нише у стены, расположился Перец с арканом. Балто же вообще перешёл на противоположную сторону и укрылся в кузове самосвала. По их мнению, это были лучшие позиции из всех возможных, и если всё пройдёт как надо, победа гарантирована.

+1

100

Брошенный Иваном фонарь не разбился и некоторое время отлично подсвечивал тоннель для ПНВ. Но потом погас. Сам он услышал крики в конце тоннеля, но слов не разобрал. Оданко по тону и характеру отрывистых слов было похоже на команды. "Они тут еще и организованы, - подумал Иван. - Хреново..." Малахов и Мэри едва успели перебежать за кучу мусора позади ржавой машины, за которой они прятались (вернее, Иван просто схватил девушку за лямку рюкзака и буквально перетащил в новое укрытие). А на место, где они только что были, тут же обрушился град стрел. Иван плохо видел их в ПНВ, но гулкие удары по кузову неприятно поразили количеством. Однако появилась надежда, что у маугли нет огнестрелов.
Тоннель наполнился шорохами, звуками шагов, лязгом и хрустом мусора вдоль стен. Даже по шуму стало очевидно, что на двоих людей несется толпа... ПНВ только подтвердило наличие множества целей.
- Уходи назад, - прошипел Иван девушке. - Ползком за мусором. Смотри в ПНВ, чтобы видеть цели. Там на задней стенке прибора кнопка включения. И потом гляди в глазок, направляя на тоннель. Сразу всех увидишь. Тут толпа маугли. Будь в тылу у меня. Отстреливай тех, что у противоположной стены. Короткими очередями. И сразу меняй позицию. Но не отдаляйся от меня, просто ищи укрытия рядом. В процессе двигаемся назад.
Малахов не был уверен, что вся эта рухлядь вокруг не простреливается насквозь, но лучшего укрытия все равно не было.  Иван успел только это сказать Мэри, когда  атакующие приблизились почти вплотную. И тогда он открыл прицельный огонь по ним очередями по три. Стрелять приходилось с одной руки, чтобы другой держать ПНВ у глаза. Без него у Малахова вообще в этой чертовой темноте не было шансов отбиться от такой толпы. Бегущих уродов он срезал на подходе, стараясь не подпускать к себе ближе, чем на 5 метров. Сзади с паузами строил автомат Мэри. Иван просто оглох от стрельбы, многократно усиленной гулким тоннелем. Видел в ПНВ и бегущих по другой стороне коридора, но надеялся, что их снимет девушка, потому что натиск врагов на его фланге был просто бешеным. Положив очередную волну, Иван тут же старался податься назад, смещаясь за новыми кучами мусора вправо или влево, чтобы точную его позицию враг не успевал определить. Хотя, один черт, они все время находились на одной стороне тоннеля Под ногами заплескала вода и мусорные кучи вокруг стали мокрыми и скользкими. Патроны быстро иссякали.
И тут луч яркого фонаря порезал тьму и ударил с противоположной стороны тоннеля в сторону оборонявшихся. И ПНВ сразу ослеп. И по глазам светом тоже резануло. Иван выругался, упав на мусор и спрятав башку.
- Ложись, - крикнул он Мэри.
Бросил ПНВ рядом и вынужден был отвлечься от нападающих на своей стороне, чтобы убрать "осветителя". С двух рук и с упором на локти было проще прицелиться, несмотря на то, что правая рука уже гудела от напряжения и усталости. Малахов, поймал в прицел фонарь, затаил дыхание и выстрелил в него тройкой патронов. Надеялся, что, даже если осветитель держит фонарь на отлете, ему все равно прилетит хоть что-то из трех выстрелов. Либо разнесет фонарь. После чего был вынужден сразу снова переключиться на атаку со своей стороны тоннеля. Подхватил ПНВ с земли и попробовал перекатиться глубже назад, слыша позади себя Мэри. Он уже был мокрым насквозь, ползая в скользкой массе мусора, пропитанного водой. Наверно, и Мэри было не легче.

0

101

Мэри всегда считала себя вполне хорошей охотницей, но в этот раз она никак не успевала вовремя реагировать на происходящее. Тело рефлекторно двигалось к полу или из стороны в сторону, повинуясь какой-то своей непонятной логике, либо словам Ивана, а вот разум все никак не мог собрать происходящее в огромный (пусть и запутанный) клубок, чтобы увидеть всю картину и действовать обдумано и спланировано. Видимо время проведенное в лагере дало о себе знать и сказалось на девушке значительно сильнее, чем она сама предполагала.
- Уходи назад... Кнопка... Ложись..., - слова Малахова, как и его действия как будто деревья, появлялись из тумана и заставляли сразу реагировать. После очередной попытки хоть как-то осознать происходящее и свое место в нем, Мэри бросила эту глупую затею и просто стала делать то, что говорит мужчина. Нужно было выжить, и раз ее разум отказывался реагировать с нужной скоростью, оставалось только слушаться напарника, у которого похоже с реакцией было все в порядке.
Мэри стреляла, стараясь делать одиночные выстрелы, но с умеренной частотой, не давая наступающим (которых все еще плохо видела, потому как с ПНВ так и не разобралась) снова атаковать. Она удерживала правую сторону, пока Иван занимался левой и отступала к воде. Не понятно, почему нужно было отступать именно туда, ведь по словам Малахова в том коридоре им не пройти, видимо потому, что и другие пути отрезаны... Девушка не боялась воды. Как впрочем и не боялась нападавших. Она почти смирилась со своей предстоящей смертью еще в лагере и за несколько дней проведенных с Иваном, только начала заново хотеть жить, а тут такое! Впрочем, Келли мертва. Малахов рядом, но если и его не станет, тогда вообще смысл бродить по этому миру теряется вовсе. Остается только положить как можно больше "маугли" (как называли их вальгалловцы) и красиво помереть. Не такая уж ужасная участь.
Пока возлюбленный был жив, Мэри собиралась бороться дальше, несмотря на появившиеся мысли. Она стреляла и шла к воде, стараясь быть максимально аккуратной, чтобы не потерять равновесие. Малахов, отстреливаясь, шел за ней. Когда вода была уже по колено, девушка наконец остановилась, раздумывая что делать дальше. Патроны похоже кончались, да и плыть с оружие, не имело никакого смысла.

+1

102

Несмотря на то, что изначальное число нападавших с оружием ближнего боя только сокращалось, падающее от пуль Малахова, у него, равно как и его спутницы, запас оных в магазине оружие неумолимо сокращался. По самым оптимистичным оценках патронов хватило бы только на то, чтобы урезонить оставшихся бойцов при условии, что каждый получит смертельное ранение в голову, но ведь ещё оставались стрелки с луками и арбалетами, а также трое в засаде, о которой пара не подозревала. И сейчас, когда мужчина и девушка отступили к воде, настал их черёд.

Перец, едва увидев приближающуюся фигуру, сразу опознал в ней женщину и приготовил аркан. Когда та подошла на необходимое расстояние, основательно взбаламутив воду вокруг себя, тот запустил лассо быстрым, уверенным движением. Кольцо верёвки взвилось в воздухе и незамеченным преодолело расстояние до цели. Крепкие путы обхватили голову Мэри, тут же стянулись узлом на шее, из-за чего она даже вскрикнуть не смогла. Мужчина изо всех сил дёрнул верёвку, свалил жертву полностью в воду и сразу же потащил. В это время Буч, наблюдавший за напарником, попутно следил и за фронтом, и когда следом показался мужчина, он прицелился. Конечно, в планы банды входил захват обоих пленников живыми, но дикарю очень хотелось попробовать, каковы же "на вкус и цвет" его новые ядовитые стрелы. Он не видел, как задыхался его подельник, случайно разбивший ампулу у себя перед носом, поэтому желание увидеть процесс в действии возобладало над остальными прихотями. Когда появилась подходящая цель, он, не задумываясь, взял её на прицел и, задержав дыхание, пустил стрелу.

Звякнула тетива, снаряд с шумом разорвал воздух и устремился навстречу Малахову. Но то ли стрелок не рассчитал, то ли рука дрогнула, а стрела пролетела мимо него и ударилась о стенку метрах в пяти поодаль. Тут же раздался негромкий хлопок вперемешку с хрустом стекла, и на месте попадания тут же образовалось жёлтое облачко диаметром в несколько метров. Поскольку в тоннелях не было ветра, оно так и осталось неподвижным, даже спадать не хотело, но всем своим видом говорило о некой страшной силе, которую достаточно было вдохнуть или дать попасть в глаза. Казалось, что дымка даже слегка светится в темноте, но это была лишь иллюзия. К несчастью, на этот неприятности Ивана не закончились - со стороны толпы раздался ещё один громкий треньк арбалета, явно выделявшийся на фоне остальных, и нечто со свистом устремилось прямо к нему. Тяжёлый штырь вонзился в плечо, из-за чего мужчину конкретно тряхнуло, вспорол одежду, обмундирование, буквально продавил плоть и вышел наружу, тяжело плюхнувшись в воду вместе с кровью пораженной мишени.

Долго,по меркам ситуации даже очень, Мэд готовился к своему выстрелу. Бронебойный болт был всего один, и парень не собирался тратить его понапрасну. Ему нужен был результат, нужно было посмотреть, как стальная болванка выбьет всю дурь из солдатика, что оказался слишком крепким для обычной заостренной палки. И только когда он ощутил в себе полную уверенность и готовность сделать точный ход, пальцы коснулись спусковой скобы. Перегруженные плечи тяжело ухнули, отправляя увесистый подарочек адресату, и тот полетел, не ведая пощади. Через секунду, а может быть, и две, раздался звук удара, и Мэд готов был поклясться, что он попал. Куда именно, значения не имело - есть пробитие, есть ранение, жертва в тупике, а засидчики уже взялись за дело. Тут уже как-то и стрелять дальше расхотелось, ведь всё схвачено, только зря задницу подставлять. Охотник остался на месте, опустил оружие и решил больше не участвовать, лишь одним глазком наблюдать из укрытия.

- Вот дрянь. - шёпотом выругался Буч и полез за второй стрелой.
Надо же было так промазать, ведь расстояние совсем ничего. Видать, сказалась баллистика стрелы, изменившаяся после прилаживания к ней ампулы - надо было пристреляться, да вот только где? Но у стрелка был хороший глазомер, он отметил, как отклонился снаряд от прицельной линии, и уж со второй попытки он точно возьмёт верную поправку. К тому же, в кузове напротив Балто со своей бабахалкой, прикроет, а Перец вон уже подтаскивает девку и сейчас долбанёт её дубинкой по голове, чтобы не брыкалась. Но что же это происходит у загонщиков? Дураки, куда вы прётесь? Там же отрава!
Наверное, этого можно было избежать, попади Буч сразу. Но теперь, когда опасное облачко расползалось по тоннелю, под удар попали те, кто мчался навстречу дичи с холодным оружием. И вот уже первые из них с недоумевающими лицами вошли в жёлтый туман, сделали один или два вдоха, и тут же присмирели. Все вдруг разом испытали доселе неведомые ощущения, и они были не из приятных. Подземелье наполнилось истошными криками боли и смертельного ужаса.

+1

103

В шуме стрельбы, криков, хруста, лязга и чавканья мусора под ногами Иван не сразу заметил, что позади него Мэри прекратила стрелять. Он был к этому готов заранее, так как боезапас у обоих ограничен. Но у Мэри был еще пистолет, и на него Малахов надеялся. У него самого сейчас отлетали последние патроны, и скоро винтовку придется бросить. А маугли вокруг, хоть и снизили мощность атаки, но, кажется, не уменьшались в численности. Или так только казалось. Иван не думал сейчас о том, что они будут с Мэри делать, когда боезапас закончится, а маугли - нет. Выбора – драться или нет – просто не было.
Когда заметил, что прикрытия сзади нет, стал отступать активней, чтобы оказаться ближе к Мэри. В общем шуме он не различил стеклянного звука от взорвавшейся в пяти метрах перед ним ампулы, и не увидел облачка. Так как вещество было без цвета и запаха, то и не заметил вообще ничего необычного. Смутно услышал со стороны звук спущенной тетивы арбалета и тут же почувствовал сильный удар по левой руке. Ствол резко увело в сторону, но Иван тут же вернул прицел в прежнее положение. Жгучая боль пришла сразу после этого. Такая, что левая рука отказывалась подчиняться. Пробила от шеи до кончиков пальцев. Малахов невольно зарычал, снова принимая вес винтовки на правую руку. Она ныла от отдачи и усталости, но эта боль сразу померкла по сравнению с той, что скрутила левую.
И тут в тоннеле перед ним, откуда перли враги, Малахов услышал жуткие вопли. Как будто его врагов кто-то наизнанку выворачивал. И вдруг сам почуял резь в глазах. В носу болезненно защекотало. Слезы и сопли просто рекой полились. «Слезогонка?» - с ужасом подумал Иван, щурясь. Вряд ли… Если б была слезогонка, он бы сейчас глаз вообще открыть не мог. Он вдруг понял, что у него до кучи еще и резко ухудшился обзор. Как будто зрение упало, заменив тьму вокруг уже другой, «слепой» тьмой, полной белых мух.
- С-суки, - прошипел Малахов по-русски, выпуская последние два патрона в вопящих людей, и бросил винтовку.
Он плюхнулся пузом на мусор, зачерпнул пригоршнями грязную воду с пола, плеснул ею себе в лицо, надеясь смыть дрянь, которой его обработали. И не только его, судя по поведению врагов в тоннеле. После чего кинулся ползком в сторону Мэри. Левой рукой было дико больно шевелить, но сейчас некогда разбираться, что с ней. Раз не болтается тряпкой, значит, кость не перебили, а эндорфины в крови не дадут ему сдохнуть от боли. Носоглотка стремительно отекала, мешая дышать, из носа и глаз бежало, как из водопроводного крана. И Мэри Иван никак не мог найти, хотя ему казалось, что она должна был быть рядом с ним, в нескольких метрах. Он еще раз походя зачерпнул воды с пола, омыв ею лицо. И понял, что ни черта не видит ничего вокруг. Тяжело дыша через забитое слизью горло, Малахов выхватил из кармана куртки ПНВ, желая найти Мэри через него. Но и в окуляре сквозь слезы только увидел размытые тусклые зеленые пятна. Зрение совсем подвело его. Но логика, пробившись сквозь боль и тьму, подсказала, что нисколько пятен – это не одна Мэри. И понял, что произошло. Их как-то обошли сзади, и на девушку напали. Поэтому она не стреляла. От одной мысли, что Мэри могут убить эти твари, Иван озверел окончательно. Разом наплевав на все свои проблемы и бросив ПНВ в грязь, Малахов поднялся в полный рост и кинулся туда, куда только что направлял прибор. Пытался сморкаться и отплевываться на ходу, чтобы хоть как-то дышать. Быстро дернул правой рукой за хлястик фастекса, сбрасывая с плечей рюкзак. Кажется, в тоннеле резко стало светло от искр, которые посыпались у него из глаз от боли, когда лямка рюкзака скользнула по ране на левой руке. У Ивана чуть зубы не посыпались крошевом от усилия сдержать стон, так Иван их сжал. Но Малахов тут же выхватил нож, готовый врубиться в толпу врагов несмотря ни на что. И враги были где-то здесь. Он их слышали чуял совсем рядом. Боялся только одного – задеть Мэри. Левая рука двигалась с трудом, но Иван и ею пытался себе помогать, ощупывая темноту перед собой. И ноги задирал повыше, чтобы не споткнуться в такой момент. Любая тварь, которую он найдет на слух и схватит, сдохнет на месте…
В следующий момент он уже схватил левой рукой кого-то, кто на ощупь и вес точно не был Мэри. Хотя боль пронизала его от малейшего усилия, Иван не выпустил жертву, интуитивно определив, что схватил маугли за одежду на спине. Его нож резко ушел в сторону жертвы снизу, с намерением вскрыть ее живот под ребрами. Действовал быстро и молча, не позволяя себе издавать никаких звуков или терять время.

0

104

Офф: Для написания поста были использованы результаты бросков дайса.

Мэри продолжала стрелять, старательно экономя патроны, но стараясь не подпускать врагов. И это удавалось. Девушка даже была почти уверена, что им с Иваном удастся обратить нападавших в бегство, но в какой-то момент что-то случилось. Охотница даже не сразу поняла, почему ее тело дернулось в бок и упало в воду. И только когда вода ударила в лицо, Мэри наконец почувствовала, как что-то ее душит и выронив оружие из рук, сразу же вцепилась пальцами в веревку, стараясь освободить свое горло. Но ее потащили. Правда силы у девушки хватило на то, чтобы немного ослабить хватку лассо и не позволить себя "придушить". Вот только сопротивляться более активно, сил пока не было. Но сумев подавить зародившуюся панику, охотница смогла собраться с мыслями и понять, что пока ее тащат, снять веревку точно не получиться. Страх за свою жизнь продолжал расти, наравне с огромным нежеланием снова оказаться в плену. Все равно у кого. "Лучше смерть", - с ужасом подумала Мэри, продолжая удерживать веревку на шее. - "Не позволю больше издеваться над собой!". Шансов как-то покалечить противников, когда ее все-таки перестанут тащить, было не много. Но то, что девушка даже резко упав в воду, с удавкой на шее , все еще была вполне здорова и в полном сознании, позволял надеяться, что Бог не оставил католичку и поможет ей в нужный момент.
Вода постоянно набивалась в рот и путала длинные волосы, которые сейчас выбились из хвоста и частично облепили лицо. Мэри отплевывалась, так и не отрывая своих пальцев от веревки. Одежда и обувь, которую приготовил для девушки Иван, прекрасно защищала ее тело от мелких царапин и синяков, пока охотница плашмя волочилась по ставшему уже неровным, полу тоннеля. А вот пальцы и лицо, при соприкосновении с жесткой поверхностью, страдали значительно больше и в тот момент, когда девушку Перец притащил довольно близко, ее лицо и часть волосы, были уже покрыты кровью от мелких порезов и царапин, которую вода не могла смыть полностью.
"Вот он. Нужный момент", - внезапно осознала Мэри, почувствовав что ее тело остановилось. - "Другого не будет!".
Охотница резким движением перекувыркнулась через голову назад, продолжая держать руки на веревке. И в момент, когда тело оказалось ближе чем рассчитывали враги, отчего веревка немного ослабла, Мэри смогла ее дернуть настолько сильно, чтобы расширить, что голова хоть и с трудом, но все-таки проскользнула на волю. Правда сама девушка при этом не смогла вовремя остановить кувырок и повинуясь инерции, распласталась животом (и лицом) по полу, ногами к врагам, которых уже слышала, хотя и все еще не могла видеть.

+1

105

Перец свято верил в то, что мастерски владел верёвкой, и это действительно было правдой - он сотню раз ловил живьём диких свиней и даже на спор однажды захомутал крысу лассо из тонкой бечевки. Поэтому, когда жертва высвободилась из петли, он, ни много ни мало, крайне удивился. Правда, произошло это уже в достаточной близости, и мужчина мог уже просто схватить беглянку за любую конечность и вытащить из воды. Но и тут не сложилось - в него буквально влетел её защитник, или кем там приходился этот малый. Перец поздно заметил нож в руке нападающего, и лишь когда тот воткнулся ему в бок, понял, чем дело чревато, однако к тому моменту уже поздно было что-то делать, и раненый громко взвыл, ухватившись при этом обеими руками за вражескую конечность, да так крепко, что не вырвать, ни на излом взять.
Видя, что на товарища налегли сразу обе жертвы и он вот-вот сам в неё превратится, Буч, уже перезарядивший арбалет, решил помочь ему. Стрелять он не собирался, это было бы в высшей степени глупо, но разобраться в ближнем бою не мешало бы, тем более что комплекция позволяла.  Он спрыгнул со своего насеста в воду, двумя широкими скачками подобрался к Перцу и компании, затем выхватил дубинку и плашмя трахнул ею по голове нападавшего мужчины, от чего тот в самом лучшем случае должен был бы быть оглушён.

Балто был довольно терпеливым человеком. Он мог совладать со всё возрастающей злобой и яростью столько, сколько нужно, пока не настанет нужный момент. Однако сейчас происходившее явно шло не по плану, и это раздражало больше всего. Он не стремился во что бы то ни стало расстрелять дичь из ружья, патроны было жалко, но сейчас следовало вмешаться. Когда завязалась драка, он выскочил из кузова, спрыгнул в воду побежал навстречу товарищам. Сделал он это достаточно быстро, чтобы успеть к тому моменту, как оглушённый мужчина отстал от Перца. Тот в свою очередь выглядел препаршиво, и глубокая рана от ножа была тому подтверждением. Ружьё занеслось в воздух, и приклад опустился на многострадальную голову и без того поникшего солдата. Хотелось взять и выстрелить гаду в лицо за то, что он чуть не убил, а, может быть, и убил, Перца, что сейчас согнулся в три погибели, источая кровь и стоны боли. Наверное, Балто был недалёк от воплощения этого желания в жизнь. Но не сложилось.

В другое время Буч возмутился бы неоперативностью главаря, но сейчас ем убыло, мягко говоря, по барабану. Покончив с мужиком и отдав его в руки друга, он бросился за девушкой, что всё ещё барахталась в воде. Сильные ручищи схватили её за ногу, резко потянули к себе, а затем и вовсе вытащили из воды. Уж очень хотелось здоровяку поближе взглянуть на добычу, что была, наверное, одной из самых ценных наград в этой незаладившейся охоте. Конечно, вряд ли он был смог разглядеть в темноте все интересующие его нюансы, но тут уж ничего не поделаешь, каждый бы на его месте поступил бы точно так же.

Смертоносное облачко закончило распространяться и уже начинало оседать, растворяясь в стенах, мусоре и водной глади. Поблизости валялись уже мёртвые тела нескольких охотников, рискнувших прорваться, и остальные не желали повторять их судьбу, аккуратно обходя ядовитую ловушку. Последним шли Дик и Мэд, их сейчас больше заботило то, чтобы вся эта заварушка поскорее бы кончилась.

- Ну чё, попался, поросёночек? - игриво и в то же время озлобленно проговорил Буч, сжимая своими ручищами Мэри, словно та была тряпичной куклой.
Он уж не видел, как Балто вовсю отрывается на мужике, пиная его руками и ногами по спине, голове и всему, что попадётся. Не видел он и как корчится от боли Перец, окрашивая и без того мутную воду кровью, которой было уж как-то слишком много для его жилистого тельца. Он вообще сейчас мало на чём концентрировал внимание кроме того, что находилось в его руках. Достойная награда для достойного охотника. Предвкушая будущую участь женщины, Буч, равно как и остальные, не могли видеть или слышать, как тихо щёлкнул затвор где-то в стороне, и как из темноты прохода, по которому некоторое время назад шли сами засидчики, показался ствол автомата.

Указательный палец слегка придавил спусковой крючок. и громкий треск разорвал пространство тоннелей. Голова Балто, уже приставившего дробовик к виску Малахова, взорвалась словно переспевший арбуз. Буч обернулся на звук и последнее, что он увидел, были два зелено-желтых светящих глаза, словно у гигантской крысы. А затем вспышка рядом с ними раскроила голову и ему так, что здоровяк так и не услышал, как очередной хлопок сотряс подземелье.
Из ниши в стене показалась непонятная фигура, очертания которой невозможно было различить в темноте. Лишь только два горящих пятна говорили о том, что это, скорее всего, глаза, и силуэт принадлежит кому-то, кто похож на человека хотя бы в этом плане. Фигура спрыгнула в воду. Теперь это действительно было похоже на человека, одетого то ли в плащ, то ли в какой-то балахон. До ушей Мэри донеслось тяжёлое сопение, которое она могла раньше слышать только от людей в противогазах. Незнакомец подошёл к уже предсмертно бледному Перцу, приставило оружие к голове, затем решило, что тот и так уже без пяти минут труп, и направилось к Малахову. В этот самый момент в дальней части тоннеля показалась горстка дикарей, спешившая на выручку. Незнакомец отвлёкся и, прицелившись, выпустил несколько коротких очередей в сторону противника. Его автомат звучал очень громко, не в пример оружию Ивана, ствол изрыгал пламя и бешено сотрясался, а длинный изогнутый полумесяцем магазин, казалось, походил на спиленный у самого чёрта рог. Тем не менее, несколько охотников полегли под пулями сразу, остальные завопили как резанные и убежали обратно.
- Пошли, если хочешь жить, и прикрывай тыл. - вдруг заговорил незнакомец хриплым, сдавленным голосом, но достаточно громки и чётким, чтобы его можно было понять. Теперь не оставалось сомнений, что он был в противогазе, вот только глаза светились какими-то лампочками.

Эти звуки ни с чем нельзя было перепутать. Мэд остановился, вместе с ним притормозил Дик. Оба знали и помнили, что значили эти хлопки. Именно они унесли жизнь как минимум половины охотников, осмелившихся забрести в дальние концы тоннелей, и сейчас, похоже, случится то же самое. Парни были хоть и смелыми, но точно е дураками, поэтому дальше идти не стали. Впрочем, не они одни, часть других охотников тоже последовала их примеру. Те, что пошли дальше, наверняка думали о чём-то своём и не понимали сути происходящего. А суть была одна - Упырь.

Незнакомец подхватил избитого Ивана под правую руку и дотащил до стены, из дыры которой появился.
- Лезь наверх, подтянешь.

+1

106

Нож Ивана нашел плоть врага, вспоров ее, но тот вцепился в руку Малахова мертвой хваткой, не дав быстро высвободить. И были потеряны драгоценные секунды на борьбу. После чего Ивана сзади крепко жахнули чем-то по голове, и он, махом потеряв ориентацию и выпустив рукоять ножа, полетел в грязь. Рука выскользнула из захвата подрезанного маугли. Ничего сейчас не соображающий и не видящий Малахов попытался на автомате подняться на ноги, ибо знал, что в драке падать нельзя. Если упал - все, считай, запинали. Но еще один чудовищный удар по голове тут же снова бросил его на пол, лишив возможности сопротивляться. Он не вырубился полностью даже сейчас. Но последующее избиение ногами уже воспринимал отстраненно, только вяло, инстинктивно пытаясь закрываться локтями и коленями. Острой боли Иван в этот момент не чувствовал, только ощущал, как от толчков внутри него что-то там скручивается и  сминается с противным глухим треском. Только бьющая в голове мысль "Мэри!", наверно, не давала Малахову совсем отключиться. Он должен был ее спасти, поэтому все время пытался встать. И временами ему казалось, что у него это получается. Но на самом деле он продолжал еле ворочаться в воде вперемешку с мусором, слушая звон в голове, рвущий изнутри уши. Зато про рану вообще забыл, так как боль от нее уплыла вместе с остальной куда-то вовне. Малахов даже не увидел и не почувствовал ствола у своей головы, и выстрелы в тоннеле различил смутно. Потом его кто-то резко дернул за руку и потащил по воде. Поднял и привалил к стене. Ноги чуть в  разные стороны не поехали, но Иван собрал все остатки воли, чтобы снова не навернуться. Увидел перед собой два светящихся пятна как круглые глаза. И узнал в  них подсветку окуляров ПНВ. Но пока не соображал, что происходит, кроме того, что его уже не бьют. Услышал слова незнакомца:
- Лезь наверх, подтянешь.
Не сразу въехал в смысл, просто тупо глядя на человека в ПНВ, пытаясь на нем сфокусировать плавающий взгляд. Пришлось сделать над собой неимоверное усилие и прореветь глухо по-русски волшебное слово «Блеааа…ь!», чтобы голова включилась и хоть как-то начала работать.
- Мэри, - прохрипел Иван и дернулся, чтобы снова кинуться на поиски девушки.
Но тут же нашел ее рядом с собой, вцепившись и притянув к себе правой рукой, панически боясь снова ее потерять. Она жива и на ногах, это просто здорово. Потом мотнул башкой, отчего она тут же закружилась, и он чуть снова не упал.
- Нет… Рюкзак… Там важное, - вытолкал он с трудом слова из горла. – Зар-р-раза, ни хера не вижу…
Он не понял, куда его заставляет лезть незнакомец. Но испытывал к нему сейчас полное доверие. Потому что тот помог и явно не был дикарем. Неужели вальгалловец? Здесь?.. Разум возвращался вместе с болью. Иван понял, что в этой стене, наверно, какая-то дыра и, выпустив Мэри, ощупал правой рукой бетон в трещинах за собой. Пальцы наверху нашли край отверстия. Технический тоннель для силовых магистралей? Сейчас Малахов просто не мог вспомнить, видел ли что-то подобное на плане в планшете.

- Мэри, давай на меня... Я  подсажу, - сказал он. – Быстро.
Сейчас главным была безопасность девушки, все остальное – вторично. И Малахов вовсе не был уверен, что куда-то сможет сейчас залезть и еще тянуть с ущербной левой рукой. Подсадить было быстрее. Он только заскрипел зубами от боли и запыхтел, когда Мэри взобралась на него и залезла в дыру наверху. Едва нагрузка исчезла, Иван со стоном оттолкнулся от стены и снова грохнулся на четыре кости в воду из-за того, что вестибулярный аппарат у него, кажется, вырубился напрочь. И понял, что вообще не понимает куда ползти.  Но без планшета им в этом подземелье – кранты. Там все коды ворот и командного поста горы Шайенн. Часть из них Малахов помнил, но сейчас вообще все напрочь забыл.
- Я найду рюкзак... Без него никак, - пробормотал он, пытаясь сориентироваться по вспышкам выстрелов незнакомца, освещавшим часть тоннеля.
Активизировав все силы, еще оставшиеся в организме, Малахов приметил свой рюкзак, лежащий наполовину в воде в стороне. И довольно резво пополз к нему на четвереньках. Вставать просто боялся, так как понял, что не удержится на ногах из-за головокружения. А на четырех точках опоры было гораздо легче передвигаться, пусть даже одна из них была источником резкой боли. Схватив рюкзак за лямку, Иван поволок его за собой обратно к стене. Там, глухо матерясь, поднял его и закинул в дыру наверху, надеясь, что Мэри оттащит его о края. Взялся за край сам, выдохнув. Хоть он и не был уверен, что сможет залезть туда. Но обязан был попытаться. Чувак в ПНВ и так слишком долго сдерживал тварей в тоннеле, подвергая свою жизнь опасности и прикрывая отход Ивана и Мэри. С первого раза у Малахова не получилось залезть: боль так пробила левую руку, что пальцы разжались и отцепились от края. Плюхнувшись в воду, Иван так обозлился на свою немочь, что откуда только силы взялись. Вторая попытка была уже удачной. Подтянувшись, он нащупал какие-то трубы, торчащие рядом с дырой. С мукой и стоном втащив тело наверх, Малахов постарался тут же развернуться в узком пространстве и, закрепившись распором коленями, выбросил правую руку в тоннель.
- Эй, парень, давай сюда! – позвал он незнакомца.

+1

107

Когда мужчина схватил Мэри, она завизжала. Девушка брыкалась и вертелась, стараясь вырваться, но у нее ничего не получалось. Она продолжала громко визжать, не видя и не понимая, что происходит вокруг. Охотница была уверена, что это последний миг ее жизни и сейчас ее убьют, либо сделают что-то, что может быть намного хуже смерти. Душу согревала последняя надежда на нож, который был спрятан во внутреннем кармане куртки и которых Мэри скрывала от Малахова, понимая что парень не сможет принять ее желания отомстить Вальгалловцам. Этот нож был опасен для отношений, но мог быть как нельзя кстати для последней борьбы. Ведь сейчас девушке уже было нечего терять. Что случилось с Иваном и жив ли он, в данный момент охотница не думала, ведь если она не сможет освободиться, то не сможет и помочь своему возлюбленному, а значит терять время и силы на переживание за него до того момента как сможет реально помочь, глупо. Хотя воображение все равно постоянно приближались к тому, чтобы начать рисовать самые ужасающие картины участи Малахова.
Но внезапно все кончилось. Нет, вокруг продолжалась возня, крики, даже стрельба. Вот только для Мэри все внезапно кончилось. Ее перестали трясти и держать, позволив телу девушки упасть на мокрый пол. Девушка даже на пару секунд подумала, что может быть умерла. Вот так вот внезапно и незаметно для себя. Слух девушки как будто перестал слышать окружающие звуки, на несколько секунд погрузив охотницу в тишину. И только стук ее сердца, пульсировал в ушах и... странное размеренно сопение. Мэри как во сне медленно подняла голову пытаясь разглядеть источник непонятного сопения и увидела два светящихся нечеловеческих глаза. Она успела только один раз моргнуть, сжавшись от ужаса и... окружающие звуки снова обрушились на девушку, в мгновение оглушив ее и дезортинировав!
Но среди вновь появившегося шума, как будто голос из Преисподнии прозвучали две команды: "Пошли, если хочешь жить, и прикрывай тыл" и "Лезь наверх, подтянешь". Мэри как заговоренная, поднялась на ноги и последовала за Демоном, будучи полностью уверенной, что теперь ее Душа точно погибла. Она даже боялась произнести имя Господа вслух, опасаясь что сама рассыплется прахом, но и остановить собственные движения тоже не могла. Ее влекло вперед, за этим непонятным существом, несущим Ивана.
Девушка немного пришла в себя только, когда Малахов стал указывать ей что делать. Она уже привыкла слушать его и до сих пор, это спасало им жизнь. В этот раз все еще находясь под впечатлением от Незнакомца, Мэри все-таки выполнила указания Ивана. Ее всю трясло, и она не могла вымолвить ни слова, все время ища взглядом, светящиеся глаза Демона. Католичка боялась, что там прямо за этим тоннелем, ее ждет Ад. И не могла понять, почему не только ее, но и Малахова, проводник тащит туда. Со своей участью она вполне могла смириться, зная что заслуживает подобное за прелюбодеяние и мысли об убийствах беззащитных людей, но не желала подобного для любимого. Иван же в свою очередь похоже не понимал, что они оба уже в аду или приближаются к нему.

Отредактировано Мэри (2014-11-08 20:12:16)

+1

108

Мужчина в противогазе позволил парню и девушке сориентироваться и привести себя в порядок так, как они хотели, но когда на фоне общей решительности увидел состояние Малахова, остановил его, положив руку на плечо и не дав двинуться дальше по проходу.
- У тебя отравление. Надо лечить.
С этими словами незнакомец полез в один из многочисленных карманов своего плаща, который на поверку оказался немного перекроенным на индивидуальный манер солдатским комплектом РХБЗ, пластиковый футляр. От глаз Ивана не укрылась символика и надписи, нанесённые на корпус предмета, в коем он, руководствуясь знаниям по военной подготовке, узнал персональный медкомплект, коим снаряжали военных в боевых условиях. Вот только образец аптечки был уж больно старомодный, эдак восьмидесятых или даже семидесятых годов.
- Подставь шею. Сейчас будет немного больно. - незнакомец, вооружённый двумя шприц-тюбиками из аптечки, прильнул к раненому.
Когда тот соизволил предоставить свои мягкие ткани под инъекцию, человек в противогазе ввёл оба компонента, и уже через несколько секунд Малахов почувствовал облегчение - спазмы в горле начали опадать, стало легче дышать, зрение прояснилось.
- Атропин, дипироксим. Звучит как старые добрые целительные заклинания, верно, хех? - усмехнулся незнакомец, видя, что пациент идёт на поправку, - Нужно идти. За мной.
И он повёл их по узкому неровному проходу, который был скорее похож на здоровую вымоину в грунте. Очевидно, что ни на каких картах его не было, но проводник точно знал, куда идти.

+1

109

Мужик помог. Но вид у него был странный. Он вел Малахова и Мэри по странному извилистому коридору, который не выглядел именно коридором, а  какой-то естественной пещерой. Возможно, пробитой здесь потоком воды. Иван подтолкнул Мэри, чтобы она шла впереди него, а сам тащился на автомате, замыкая шествие. Дышал сипло и громко отекшим горлом, но даже высморкаться не рисковал, потому что было чертовски больно внутри. И видел плохо даже при свете. Рюкзак сейчас казался набитым железными болванками, хотя там было тряпье, по большей части. 
- Мэри... Подожди... Мне что-то... погано... совсем, - пробормотал Малахов, чувствуя, что едва не отключается, и прислонился к стенке, вцепившись в ее неровности правой рукой.
Левой он старался вообще не шевелить. Тут изнутри накатила волна дикой тошноты, которая закончилась выбрасыванием из желудка остатков завтрака. По голове здорово настучали… Иван стоял, покачиваясь и отплевываясь несколько секунд. Потом попросил времени заняться раной на руке.
- Помоги, пожалуйста, - попросил он Мэри, со стоном сбросив рюкзак. – Там внутри… есть аптечка. Меня… подстрелили.
Иван тяжело осел возле стены, откинув одной рукой клапан на рюкзаке, и сунул в него руку. Нащупал аптечку «USMC IFAK gen 3» и бросил перед собой на землю, начав в ней ковыряться. Нашел обезболивающее в пластиковом чехле, бутылку повидон-йода и компрессионный бинт. Мэри, подсвечивая себе налобником, помогла стянуть Малахову куртку с плеча и разрезала рукав футболки. После чего аккуратно промыла рану и забинтовала. Иван же сам ширнул себя анестетиком и бацитрацином. Очень не хотелось какую-нибудь заразу подхватить из той вонючей воды и грязи. Если уже не подхватил… Пока Мэри закончила застегивать повязку, боль притупилась настолько, что Иван вполне мог идти дальше. Только дышать было все так же трудно и перед глазами все было размыто. Только вблизи видел детали, а в метре от себя уже ничего толком. Хоть куртка была вся мокрая и в крови, он все же надел ее снова, чтобы сохранить хоть какое-то тепло. Потому что на нем не было нитки сухой, и от кровопотери начало конкретно колотить, когда он посидел неподвижно. Больше всего на свете ему хотелось завалиться тут набок и лежать неподвижно. Но заставил снова себя встать, надеть рюкзак и даже отплеваться от слизи, набившейся в носу и глотку.
Тут незнакомец вынырнул перед ним из размытой полутьмы коридора и придержал за плечо.
- У тебя отравление. Надо лечить – сказал он.
Иван не сопротивлялся и не спрашивал ничего. Мужик дважды ширнул его в шею, и это было чертовски неприятно, даже учитывая действие анестетика. Но облегчение наступило довольно быстро. Малахов почувствовал, что дышать становится легче.
- Спасибо, - сказал он. – Что это было?
- Атропин, дипироксим. Звучит как старые добрые целительные заклинания, верно, хех? – ответил незнакомец, и усмехнулся, удя по характеру говора.
- Атропин? – переспросил Иван, качнув тяжелой головой. – Вы что, хотите сказать, что там был VX-газ? БОВ? Зарин или что-то подобное?...
Прикинул свои симптомы и до него дошло, что произошло.
- Да я ж там должен был сдохнуть на месте в корчах, - пробормотал он. – Откуда у маугли химическое оружие, черт возьми?.. Кажется, они сами на него там и нарвались, раз так орали…
- Нужно идти. За мной, - сказал незнакомец.
И повел Ивана и Мэри дальше по тоннелю, который вскоре перешел во вполне отделанный и явно построенный людьми. Малахов с трудом извернувшись, вытянул из бокового кармана рюкзака планшет и включил его. Вывел карты на экран и уставился в них. Как ни прокручивал фрагменты схемы участка, где они только что были, но не находил никаких намеков на  технические коридоры. Там не было ничего на карте. Но вокруг он своими глазами видел тоннель, построенный людьми. Даже с покрашенными стенами. Только краска вздулась от старости и сырости, кое-где облезла пятнами.
- Где мы? – спросил Малахов, обращаясь к незнакомцу. – И кто вы?
Вспомнил, что аптечка против БОВ у него  руках была какая-то странная, непривычная на вид. Таких Малахов в Вальгалле не видел. Но маркировка точно армейская и узнаваемая. Иван вспомнил, где он видел такие – в учебных видеофильмах. Это была аптечка старого образца, которые использовали в армии еще до серии IFAK. Но откуда такие древности? Аж шея зачесалась от мысли, что препараты, которые ему впорол незнакомец, давно просрочены. Не считая того, что у него уже были в этот момент анестетик и антибиотик. Да и одежда на мужике тоже какая-то… старая. Химкостюм, кажется, 70-80-х годов. «Я что, брежу? – подумал Иван. – И мы попали в прошлое? Откуда этот черт с раритетами взялся?»

0

110

Похоже Иван был ранен или сильно избит. По-крайней мере, выглядел он очень скверно, но продолжал двигаться вперед, подталкивая Мэри следовать за Демоном. Если бы суеверной католичке, не чудились повсюду посланники Ада, она наверное более внимательно бы следила за Малаховым или хотя бы за коридором, по которому они шли. Но все ее внимание было приковано к существу шагающему впереди. Пока Ивану не стало совсем плохо. Его остановка и ухудшение состояния, стали для Мэри неожиданностью. И только когда мужчину вырвало, в голове охотницы наконец что-то щелкнуло и она, смогла заставить себя перестать таращиться на незнакомца и посвятить всю себя заботе о любимом, которому явно была нужна помощь. Девушка поспешила поддержать Ивана физически и только при свете своего фонаря, смогла увидеть насколько он бледен. Малахов выглядел чертовски скверно! "Да простит, господь, упоминание черта".
- Что же они с тобой сделали? - ахнула Мэри, разглядев наконец все ранения мужчины. У нее самой лицо и руки были в крови от мелких порезов, но никаких серьезных ран не было. - Нужно срочно этим заняться.
Первый порыв, обнять и приласкать любимого, девушка остановила усилием воли, прекрасно понимая, что это может навредить Ивану, по-крайне мере, точно не поможет. Да и Демон был рядом, Мэри все еще не считала его человеком и откровенно боялась.
Промыв рану и сделав перевязку, а также стараясь четко следовать указаниям Малахова, у которого были медикаменты в рюкзаке, охотница наконец смогла привести мужчину (а заодно и свои мысли) в относительный порядок. Раны были не смертельными, как показалось девушке, но состояние Ивана все равно ухудшалось. Мэри очень боялась, что он не переживет переход и не знала как ему помочь. В какой-то момент она даже решилась попросить помощи у посланника Ада, но тот сам, как будто прочел ее мысли, появился в темноте и что-то вколол Малахову. Девушка даже не успела помешать этому, опасаясь что Демон повредит любимому. Но Ивану вроде стало лучше, к тому же он стал разговаривать с незнакомцем о каких-то совершенно непонятных для девушки, вещах. Мэри только молча смотрела за ними и слушала, стараясь все время быть рядом со своим мужчиной.
- Это один из Демонов? - улучив удобный момент, девушка поспешила спросить шепотом у Ивана. - Мы умерли и он ведет нас в Ад?
Конечно, католичка понимала, что для не столь набожного Малахова, ее слова могли прозвучать бредом, но ей очень нужно было поделиться своими страхами с любимым. Тот же в свою очередь просто спросил незнакомца напрямую, видимо не слишком веря в потусторонних сущностей.

+1

111

Земляной тоннель тянулся долго, но наконец закончился в виде обвалившейся стены, ведущей уже во вполне цивилизованные коридоры. Освещение в них отсутствовало, но и идти предстояло недолго. Тем временем Малахов начал задавать вопросы, и мужчина явно не хотел много разговаривать, поэтому ответил кратко и только после долгой паузы.
- Вы в безопасности. Пока что. Нужно очистить вас от зарина.
Очень скоро троица подошла к здоровенной стальной двери, что-то вроде шлюза, только без ручек. Человек в противогазе приподнял одну из картонок, коими была облеплена вся стена вокруг двери. Под ней оказалась панель с огромными по современным меркам кнопками, некоторые больше, некоторые меньше, но все выцветшие и со стёршимися обозначениями. Тем не менее, мужчина быстро и точно нажал нужные, после чего дверь гулко стукнула массивными внутренними запорами и медленно отворилась под действием пружинного механизма, что застучал с адским клёкотом и скрипом, словно действительно открывалась дверь в Царство мёртвых. К счастью, по ту сторону порога оказалась вполне миловидная комната. Едва дверь открылась на достаточную ширину, автоматически щёлкнули далёкие реле, вспыхнул яркий свет зарешечённых ламп. Незнакомец заранее уже снял прибор ночного видения, но с противогазом расставаться не спешил.
- Проходите. - скомандовал мужчина, а когда все зашли, закрыл шлюз вновь нажал кнопки, чтобы запоры закрылись опять.
Помещение, где оказались люди, было чем-то вроде прихожей, хотя неподготовленному человеку это пришло бы в голову в последнюю очередь. Скорее, тамбур, бетонная коробка с тремя железными дверьми, как на входе в оружейные - стальные, армированные, с замками, но уже прямоугольные, так сказать, цивилизованные и родные. На каждой был какой-то значок, явно отражавший то, что ждёт гостя за порогом.
- Вам сюда. - мужчина подошёл к двери с изображением какой-то стойки и знака биологической угрозы, затем указал пальцем на Ивана, - Ты знаешь, что и как работает. Снимайте всю одежду до единой и сразу в мусорный мешок. Мойтесь средством из оранжевой коробки. Промойте раны. Я принесу сменное бельё и другие принадлежности чуть позже. Тогда и поговорим.
С этими словами незнакомец скрылся за дверью с табличкой, изображавшей одновременно силуэт какого-то стрелкового оружия и горящего пламени.

+1

112

Иван ошалело озирался. Он был в бункере, это точно. Военном бункере, только очень старом. Появилось какое-то странное ощущение дежавю, но Малахов понял, откуда оно. Обстановка вокруг очень напоминала одновременно и учебный фильм про убежища времен холодной войны, и компьютерную игру "Silent Hill", в которую Иван любил поигрывать в отрочестве. Один знак на двери он узнал - явно душ. А нарисованный рядом с ним знак «Biohazard» говорил о том, что здесь и деактивацию возможно провести.  Остальные символы на дверях Иван не понял. Мужик в противогазе не отвечал на вопросы, а только указывал, что делать. Пришлось ему довериться пока. И тут Иван вспомнил мерзких людоедов, с которыми сталкивался три года назад во время своей миссии на поверхности. И так нехорошо стало от предположения, что мужик может оказаться таковым, и просто воспользовался возможностью привести в свое убежище мясо своим ходом. Хотя, если он знает про зарин, то точно не станет пытаться убить и сожрать отраву.
Как только незнакомец вышел, Иван повернулся к Мэри.
- Раздевайся донага. Он прав. На нас сейчас полно самой опасной отравы, какая только может быть. Не жалей тряпки, в рюкзаке найдется что-нибудь надеть. Но свой рюкзак сейчас не открывай. Сперва оба рюкзака надо тщательно вымыть сверху. Сделаем это в душе.
Малахов, показывая пример, скинул с себя рюкзак и принялся быстро стягивать одежду и тут же запихивать ее в большой мусорный пакет рядом с дверью. Благо, что обезболивающее еще действовало, и рукой двигать он мог без проблем. Хотя, все время было ощущение, что мышцы сейчас сокращаются как-то не так. Приходилось приноравливаться.
- Интересно, что это за место, - пробормотал он в процессе. – У меня в картах его и близко нет, хотя карты составлены по факту строительства этих тоннелей. Или… это настолько тайное место, что его и  на секретные карты не нанесли. Возможно, придется мыться холодной водой. Непохоже, чтобы тут были какие-то удобства. Все такое старое... Но мыться надо. Зарин такая мерзость, которая может накапливаться и убивать медленно.
Сам он разделся быстро, но увидел, что Мэри смущается и медлит. И ему пришлось ждать, покрываясь мурашками в довольно прохладном и сыром тамбуре. Наконец, он не выдержал.
- Не думай о стыде, Мэри. Он неуместен сейчас. Тут никого нет, кроме меня, - сказал он мягко и спокойно, чтобы хоть как-то снять напряжение у девушки. – Мы не можем занести отраву внутрь этого убежища. И надо торопиться. Кроме того, что с каждой секундой яд проникает в наши тела через кожу все больше и больше, у меня скоро анестезия отойдет. И мне труднее будет тебе помочь. Пожалуйста, раздевайся. Смотри, я же тоже голый. Давай я тебе помогу.
Иван, приобняв Мэри, и успокаивая ее осторожными прикосновениями, принялся помогать ей избавляться от одежды и складывать ее в мешок. Когда девушка осталась нагой, чуть улыбнулся ее попыткам закрыться.
- Ты МЕНЯ стесняешься, что ли? – с усталой улыбкой спросил он, погладив ее по плечу.
Хотел поцеловать, но лучше сейчас этого не далать, пока на коже и слизистых есть зарин. Завязал крепко мешок со шмотками и, подхватив рюкзаки, кивнул в сторону двери с изображением душа. Открыл дверь и вошел большое помещение с кафелем, который местами потемнел, потрескался или отвалился. Бросил рюкзаки у стены под ближайшей лейкой душа, такого древнего, что снова пошли ассоциации с «Сайлент Хиллом». В стороне и вправду стояла оранжевая коробка, в которой обнаружились небольшие пластиковые бутыли с каким-то мутным гелем. Никакой маркировки или этикеток. Придется верить на слово их спасителю, который сказал, что это деактиватор. Тут Малахов подумал, что в душевой-то не холодно. Даже очень тепло. По стенам шли старые трубы, на одной из них висело полотенце. Осмотревшись внимательней, Иван заметил и мокрое пятно под одной из леек в стороне, а в сливе душа – волосы. Этой душевой кто-то пользовался. И совсем недавно. Из душевой вел большой открытый проход без дверей в помещение с несколькими лавками. Что-то вроде предбанника. Там пусто и никаких вещей Иван не заметил. В углу душевой Малахов увидел еще лавочку с каким-то прибором. Не понял, что это такое и  подошел поближе. Точно выглядело, как какой-то прибор, но совершенно невиданный и как-то грубо сделанный. Большие кнопки… А вот обозначения на них знакомые – как на цифровом плеере. Но один символ Иван не знал – треугольник с полоской под ним. И уже протянул руку, чтобы нажать, но отдернул, вспомнив, что он весь в зарине.
- Мыться, - сказал он Мэри, ждущей его возле рюкзаков.
Покрутил металлические краны на трубе под лейкой и с удивлением отпрыгнул: оттуда пошла горячая вода! Улыбнулся в недоумении, отрегулировал температуру до комфортной. Вода из широкой лейки лилась с хорошим напором, покрывая довольно большой круг на полу. Иван сунулся под воду и Едва не застонал от блаженства. Нормальный душ после всех этих дней был просто лекарством для тела сам по себе. Он потянул Мэри к себе поближе, отступив в сторону. Теперь ополаскивалась и она. А сам открыл бутылку с неизвестным гелем и вылил немного его на ладонь. Снова вытянул из-под воды девушку и принялся тщательно мыть ее тело, приговаривая:
- Надо очень хорошо вымыться. Лучше два раза. Чем больше дряни мы с себя смоем, тем здоровее будем. У тебя горло не першит? Не опухло? Насморка нет? Глаза не режет? Зрение не ухудшилось? Дышать не больно в груди? Скажи, если испытываешь хоть один из перечисленных мной признаков. Это очень важно.
Худенькое тело Мэри стояло перед ним, сжавшись в свете потолочных ламп. И Иван подумал, что эта душевая, возможно, напоминает ей о тех, что были в лагере. И еще от этого увеличивается дискомфорт девушки.
- Все хорошо, девочка моя, - заговорил Малахов еще нежнее. – Все будет хорошо. Давай-ка отмоемся, и я хоть смогу тебя обнять без риска отравить…
Предоставив Мэри и самой набрать геля в руки и продолжить мытье, Иван тщательно вымыл руки и снова отошел к непонятному плееру на лавке в углу. Теперь он мог к нему прикоснуться. Стряхнул руки и нажал на клавишу с незнакомым знаком. Вздрогнул от щелчка, когда в приборе открылась какая-то шахта с прямоугольным пластиковым предметом внутри. Вынул его осторожно и рассмотрел. Прозрачная плоская коробочка с двумя рулонами тонкой коричневой ленты внутри. Возникли ассоциации с системой записи черных ящиков самолетов. Только там запись на металлическую ленту ведется. Вещь явно древняя и невиданная, но, кажется, Иван понял принцип ее работы. Только никогда до этого не видел кассетных магнитофонов и не знал, как это все называется. Сунув прозрачную коробочку с лентой на прежнее место, Малахов закрыл шахту и нажал на знакомую кнопку со значком воспроизведения звука. Тут же из небольшого динамика полилась живенькая такая музычка в духе старинного рокешника, только ужасного качества записи.
- Это музыка! – удивленно сказал Иван, усмехнувшись. – Надо же… Так даже веселее.

Тема, которая зазвучала из магнитофона

Оставив магнитофон играть в гулкой кафельной душевой, Малахов вернулся к Мэри и сам принялся отмываться. И даже попытался рот и нос промыть с гелем. Попросил Мэри помочь ему помыть спину, так как раненая рука, хоть и не беспокоила сейчас, но плохо слушалась. От прикосновений Мэри и горячей воды просто прибалдел. Музыка на магнитофоне сменилась. Иван повернулся к Мэри и обнял ее, прижав к себе. Наклонил голову в поисках ее губ и нашел их своими. Руки сами поползли по спине девушки, и одна остановилась на ягодице. Малахов целовался сейчас с упоением и нежностью. Посттравматический шок притупил, видимо, его обычную подозрительность и чувство опасности. И он просто никак не мог отклеиться от Мэри, будто они не виделись и не обнимались целую вечность. Да и не хотел вообще отклеиваться...

вторая тема, которая зазвучала из магнитофона

То ли музыка создавала такой настрой, то ли в голове Ивана пошли какие-то отходняки от стресса, но он вообще про все забыл. Ничего прекрасней и желанней он не держал в своих руках. И только сейчас мучительно остро осознал, что этого всего могло больше не быть. Он мог потерять Мэри там, в проклятом тоннеле. Это такое родное тельце в выступающих сквозь кожу острых косточках, живое и самое-самое… И ему на мгновение показалось, что она тает под горячими струями воды, льющей на двух людей сверху, как будто исчезая в его руках. И даже какой-то иррациональный страх появился, отчего Иван еще крепче прижал к себе Мэри, прервав поцелуй и отстранив лицо, чтобы просто смотреть на девушку во все глаза. Она с ним, и это главное. Все остальное – неважно… Глаза Малахова бегали несколько долгих секунд по лицу Мэри, как будто он старался насмотреться на нее.
- Я так боюсь тебя потерять, - произнес он, а потом снова их губы сошлись.

0

113

Мэри, все еще суеверно косясь в сторону незнакомца, хотела начать протестовать на слова об избавлении от одежды. Это же ужас какой-то! Мало того, что новая одежда ей нравилась и была намного удобнее ее одежды на ферме и тем более в лагере, так еще и полностью раздеваться в незнакомом месте! Уму не постижимо! Даже если это не Ад, то вполне могло оказаться современным воплощение Содома или Гоморы, ведь судя по всему, жилье в которое попали молодые люди, не ограничивалось одним помещением и возможно тут был целый подземный город с толпой жителей, предающихся не самым хорошим вещам. Да и слова Ивана о том, что он не может найти их местонахождение на карте, еще больше пугало Мэри. Вдруг они все-таки где-то по "ту" сторону мира?
Но как только незнакомец ушел, Малахов похоже решил последовать его указаниям и стал раздеваться, чем засмущал девушку и она пропустила половину его объяснений мимо ушей. Конечно католичка уже видела своего спутника голым, когда мыла на ферме несколько лет назад, да и когда предавалась греху с ним в машине, но все-таки привыкнуть к такому виду, она так и не смогла. А когда мужчина потянулся к ней, помогая освобождаться от одежды, она и вовсе перепугалась. К смущению, прибавился вполне объяснимый страх преступника. Ведь, если Иван случайно найдет у нее в кармане свой нож, но сразу поймет, что именно она сделала с пленником. И это понимание может разрушить их отношения. Этого Мэри боялась намного больше, чем какого-то там "Зарина".
- Отвернись, - прошептала охотница, когда была уже почти полностью обнаженной и мужчина послушно отвел взгляд, занявшись какой-то непонятной штукой на лавочке, дав Мэри несколько минут чтобы убрать свою одежду в мешок, тщательно спрятав в ней нож. Расставаться с единственным доступным и привычным оружием, девушке совершенно не хотелось, но страх потери доверия Малахова, оказался сильнее. Она едва успела избавиться от улики и приблизиться к рюкзакам, как Иван снова посмотрел на нее, потащив наконец мыться.
Мылись тщательно и приятно. Малахов поначалу успокаивал Мэри только словами, но тела становились все чище, а касания людей, более интимными. Девушка все еще недоверчиво оглядывалась по сторонам, хотя в душевой больше никого и не было, а вот ее спутник похоже чувствовал себя в полной безопасности. Он даже улучил момент и что-то сделал с неизвестным аппаратом на лавке, от чего тот неожиданно запел. Вернее заиграл. И то и другое. Ритм был не знаком охотнице, но в общем песня ей почему-то понравилась и даже немного подняла настроение.
Позитивный настрой усугубился, когда мужчина попросил помочь ему с мытьем спины. Обнаженное тело любимого... теплая вода... мягкая и романтичная композиция, сменившая предыдущую... поцелуй. Голова Мэри закружилась от невыносимого счастья, затмившего собой все страхи. Она прижалась к Ивану, каждой частичкой своего тела ощущая тепло и любовь, которые он излучал.
- Я так боюсь тебя потерять, - тихо произнес мужчина, прервав поцелуй. На что Мэри нежно улыбнулась, а глаза ее заблестели от зарождающихся слезинок, ведь она хотела сказать тоже самое. Но Малахов не дал ей возможности ответить, снова прильнув к ее губам своими. А спустя пару секунд, слова в голове девушки и вовсе перестали собираться в осмысленные фразы, тая от прикосновений любимого, как и стыд, страх и осознания собственного грехопадения.
- Я люблю тебя, - шептала Мэри между поцелуями, страстно отвечая на прикосновения мужчины и все сильнее прижимая его к стенке душевой. Теплая вода текла по их сплетенным телам, проникая даже в самые интимные места и усиливая ощущения от прикосновений. Молодые люди совершенно потеряли голову от близости друг друга, забыв о приличиях и возможной опасности, отдавшись страсти. Страх и близость смерти, пережитые недавно только усиливали потребность в физическом контакте и физическом проявлении любви.
Все произошло прямо в душе и не длилось слишком долго. Минут пятнадцать-двадцать. Удовлетворив первый сильнейший прилив желания, любовники смогли наконец вспомнить о насущных делах и ненадолго оторваться друг от друга, чтобы помыть наконец рюкзаки и самим повторно принять водные процедуры.
- Я не могу выйти отсюда голой, - заволновалась Мэри, когда с важными делами было покончено. - Мне нужно хотя бы во что-нибудь завернуться. Там же люди... Или демоны. Я все еще немного сомневаюсь. Все слишком странно. Этот... это существо довольно странное. Место странное. Я... что мне делать? Как себя вести?
Девушка посмотрела на Ивана, ожидая ответа. Судя по тому, как он разговаривал с незнакомцем, Малахов похоже знал и понимал больше, чем она сама.

Отредактировано Мэри (2014-11-13 21:37:36)

+1

114

Видя желание Мэри, Иван, конечно, не устоял. Да и не пытался, в общем-то. Понятно, что усталость, пережитый стресс и незнакомое место не особенно способствовали настрою, но секс был ярким, хоть и кратким. Для Малахова он стал какой-то своеобразной отдушиной, через которую улетели напряги и боль. Маленькая и использованная возможность забыться. И как-то даже внутренне очиститься. Хотя еще полчаса назад Иван даже не представлял, что в такой обстановке и после таких приключений он способен заниматься любовью. Но все вышло само собой, природа сама все решила. И все неудобства были скомпенсированы острым наслаждением, которое испытывали двое людей, нуждавшихся друг в друге.
Когда музыка выключилась, и были вымыты тела и рюкзаки, Иван тщательно промыл водой рану, которая уже начала давать о себе знать зудящей болью. Скоро анестезия отойдет, и будет совсем хреново. Малахов также основательно и аккуратно промыл деактиватором пистолет, который остался у Мэри, а также набедренную кобуру. После чего постарался ополоснуть получше горячей водой то место под душем, где они с Мэри плескались. Заявление девушки озадачило и его. Из одежды в рюкзаке Малахова были только спальники. Все остальное пришлось засунуть в мусорный пакет.
- Это не существо, - сказал он девушке в ответ на ее слова. - И никакой не демон. Он человек. Просто на нем был костюм химзащиты и противогаз. Маска такая, которая защищает от вредных и опасных газов. Он, видно, уже натыкался тут на маугли, которые балуются зарином. Поэтому и носит для защиты.
Иван поставил свой мокрый снаружи рюкзак на лавку, открыл и принялся копаться в нем, решая, чем же наготу прикрыть. Нда, не рассчитывал он на то что может остаться с голой ж... во время путешествия. Вроде, все предусмотрел, но только не зарин. Ни одежды, ни обуви. И неизвестный бункер, неизвестно кем населенный.
- Мэри, помоги мне сделать перевязку, - попросил Иван, достав аптечку. - Я не знаю, как себя вести. Я ничего не знаю... У нас просто не было выбора, и этот человек нас спас. Если нас еще не убили, то есть шанс, что здешнее население не такое агрессивное, как те твари, с которыми мы столкнулись в тоннеле. Посмотрим...
После того, как Мэри помогла Ивану промыть рану антисептиком, ширнуться снова антибиотиком и обезболивающим, он поцеловал девушку и кинул аптечку в рюкзак. Затем достал из него тонкий спальник в чехле, прикидывая, как сделать в нем отверстия, чтобы использовать как одежду. Потому что даже нож свой профукал в бою.

Отредактировано Иван Малахов (2014-11-13 22:49:56)

0

115

Зайдя в техническое помещение, мужчина первым делом проследовал к большой раковине, где раньше чистили особо грязные вещи. Он старался делать как можно более широкие шаги, чтобы оставлять меньше следов - грязь всю дорогу держалась на сапогах и только сейчас вдруг решила начать отваливаться от любого мало-мальски резкого движения. Водопровод не работал, как не работал и много лет до этого, но для таких случаев было припасено целое ведро и большая щётка. Человек встал на решётку, вручную оторвал самые крупные куски и только потом приступил к поливанию обуви и подола плаща.
Покончив с помывкой, мужчина снял плащ прямо в раковине, перешагнул на чистую часть пола и затем уже стянул комбинезон, а вместе с ним противогаз и остальную экипировку, оставив только чистые сапоги. Повесив автомат, подсумок с боеприпасами и прочие принадлежности на крючок, он проследовал в следующее помещение. Появился лишь спустя минут двадцать, держа в руке два комплекта одежды и большой железный чемодан с изображением красного креста в белом кружочке с обеих сторон.
Забрав все прежние вещи, кроме плаща и комбинезона, человек вышел в тамбур, стараясь не наступать на ранее оставленные пятна грязи. В этот момент до ушей донеслась знакомая музыка из душевой, и на лице появилась слабая улыбка. Судя по звукам, пришельцы из тоннеля уже закончили водные процедуры, а значит, можно смело заходить.

Дик и Мэд шли впереди всех по направлению к месту побоища. Тишина, воцарившаяся после перестрелки, давила на уши, рождала в глубине сознания страшные образы и пугала неизвестностью. Логика же подсказывала, что раз всё тихо, то их ничего не ждёт там, кроме трупов. Тем не менее, охотники шли осторожно, особенно бдительны они были рядом с тем местом, где валялись тела отравленных соплеменников. Удивительно, как можно умертвить человека, не нанеся ему ни царапины. Некоторые сопротивлялись до последнего, их душераздирающие крики и хрипы долго звучали в тоннелях, но и они затихли, не в силах совладать с неосязаемым врагом, коего наслал их собственный товарищ.
Мэд первым вырвался вперёд, когда увидел тела главаря и его пособников. Он сам не определился, что двигало им сильнее - желание увидеть мёртвого Балто или стремление по-скорее завладеть его оружием. Так или иначе, первым делом охотник увидел своего покойного предводителя. Его голову разорвало на куски, что огромная стопа резко опустилась на бедолагу. Буч лежал неподалёку, на его теле отчётливо виднелись дыры от пуль. И где-то совсем рядом плавал Перец, на котором не было почти никаких ран, вот только вода близ тела была чуть более красной. Так или иначе, все они пали от рук Упыря и, наверное, тех, кого он забрал. Для чего? Очередная жертва? Или то были его друзья? Нет, всё же первый вариант правильнее, так как злой демон подземелий не раз прихватывал с собой добычу живьём. Может быть, он точно такой же человек, как и все остальные? Нет, нет, исключено.
Дик зашарил рукой под воде и очень быстро нашёл арбалет Буча. Тот всё еще был заряжен, на стреле вместо наконечника поблескивала маленькая стекляшка с желтым порошком внутри.
- Осторожно, эта хрень убивает. - предупредил Дик, и после его слов напарник медленно опустил оружие на место, сразу же отойдя в сторону.
А вот Мэду попалось сокровище - ружьё Балто. Наконец-то его мечта сбылась, пусть и несколько неожиданным образом. Без сомнения, эта железная палка давала преимущество, равное тому, что давала корона или переходящий приз. После могучей троицы он был, пожалуй, самым уважаемым среди племени, и теперь, когда прежние хозяева пали от рук Упыря, ему предстояло взять бразды правления в свои руки. Что он и сделал в обоих смыслах этого слова. Самое время отдать первый приказ охотникам, и Мэд уже знал, кто будет их следующей целью...

Дверь отворилась, и в душевую зашёл мужчина. Он почти сразу отыскал взглядом молодых и нисколько не изменился в лице, увидев их с минимумом одежды.
- Вот, разбирайте. - стопка вещей легла на скамейку, - Здесь только мой размер, так что кое-кому он будет великоват. Чистые, почти стерильные.
Среди шмоток были рабочие холщовые штаны и шерстяные рубахи, белая и красная в клетку. Помимо этого наличествовали две пары вискозных носков и хлопчато-бумажное исподнее.
- Одевайтесь и за мной, а то я сейчас отключу отопление в душевой, и тут будет очень холодно. - с этими словами мужчина двинулся к выходу, оставив проход открытым, а сам пошёл к третьей двери.

Отредактировано Шакал (2014-11-14 20:35:53)

+1

116

Слова Ивана о том, что незнакомец все-таки человек, немного успокоили девушку. С людьми, даже если они опаснее животных, все-равно совладать легче, чем с нечистой силой. Правда объяснения про какой-то костюм и маску, Мэри поняла не до конца, впрочем и не стала на этом особенно зацикливать свое внимание. К тому же после таких приятных мгновений под теплой водой, да еще и с любимым, у охотницы гормональный фон немного изменился и по телу разлилась приятная усталость и непонятная радость вмести со спокойствием. Куда бы не смотрела девушка, о чем бы не думала в этот момент, все ей казалось не таким уж плохим и страшным. Даже рана спутника, которая выглядела довольно жутко. Но Иван был вполне жизнеспособен, это его спутница, знала наверняка.
- В любом случае, я всегда прикрою твою спину, - ласково поглаживая по названной части тела, произнесла Мэри и занялась перевязкой. Ей было невероятно приятно касаться Малахова, даже вид раны не смущал, а наоборот к любовной привязанности добавлял еще и какой-то отголосок материнского инстинкта, который нашептывал охотнице, что мужчину нужно обязательно снова приласкать и пожалеть. Когда Иван взялся за спальник, раздумывая как его использовать в виде одежды, девушка присела на скамью и замерла, любуясь телом своего возлюбленного. У нее даже снова возникло желание физической близости, но помня о ране, Мэри не хотела перетруждать Малахова. Хотя...

Звук открываемой двери оказался совершенно неожиданным и не только прервал мечтания Мэри, но и заставил ее подскочить и даже взвизгнуть. Видя, что в помещение вошел незнакомый мужчина, католичка широко открыла глаза и испуганно метнулась за спину Ивана, стараясь спрятаться за ней целиком, чтобы неизвестный не видел ее обнаженного тела. Девушка прекрасно знала, что любой представитель мужского пола в этом мире, был потенциальной угрозой. А недавние события, когда ее схватили и определенно собирались сделать, что-то не потребное, только напомнили Мэри о ее опасениях. Спаситель (если это конечно был он) до этого момента вел себя как мужчины из маминых книг - держался на расстоянии и никак не демонстрировал плотский интерес к телу девушки, но ведь все прекрасно знают, что тот кто захватил или спас "добычу", имеет на нее определенные права. Даже если он и не захочет удовлетворить свои естественные физиологические потребности, взяв охотницу силой, то вполне может и просто рассчитывать на благодарность за спасение, с ее стороны. Мэри затрясло от страха, когда она прижалась к спине Ивана, но вошедший мужчина всего лишь оставил одежду и приказал выходить из душевой, после чего сам ее покинул.
- Наверное надо идти, - прошептала девушка, все еще прячась за Малаховым. Но тут же поняла, что опасность миновала и подошла к одежде. - Я точно во всем этом утону. Если бы была нитка и иголка, я бы быстренько все ушила до нужного размера. А так... буду выглядеть, как пугало огородное. Хотя может это и к лучшему. Безопаснее. Надеюсь только, что все это с меня не свалится в самый не подходящий момент.
Мэри с сомнением перебирала вещи, примеряя и прекрасно понимая, что если с рубашкой и носками, проблем особых не будет, то штаны нужно чем-то подвязать. а что сделать с бельем - вообще загадка.

+1

117

Прикосновения и слова Мэри были чертовски приятными. Иван покосился на нее и улыбнулся, увидев как она его рассматривает. Ложной скромностью он не страдал, поэтому не смущался. Ему хотелось нравиться Мэри, и ничего зазорного Малахов в этом не видел. На девушку он смотрел точно так же, в конце концов. Шум двери и появление какого-то мужика заставили его обернуться в ту сторону, инстинктивно напрячься и прилепить свернутый спальник к причинному месту. Взвизгнула Мэри и нырнула за его спину, впечатавшись в нее.
Появился какой-то мужик со стопкой одежды. Предложил воспользоваться ею. Малахов смотрел на него, не зная, он ли был в противогазе и химкостюме. Судя по росту, возможно он.
- Спасибо, - сказал Малахов вслед незнакомцу.
И едва тот ушел, успокаивающе погладил Мэри по плечу и чмокнул в щеку.
- Выбирай, что понравится.
Осмотрев шмотье, взял то, что не взяла Мэри. Со смехом помог ей управиться с мужским бельем. Лучше такое, чем никакого. Все было очень велико Мэри, пришлось снять с рюкзака пару шнуров-утяжек, чтобы использовать их в качестве пояса. А то девушка штаны теряла на каждом шагу. Самому Малахову одежда была почти впору, разве что брюки и рукава чуть коротковаты. Но чувство чистого хлопка на теле сейчас было приятным, даже учитывая простоту барахла.  Мэри же смотрелась забавно и одновременно жалко в мешковатом наряде. Но она не стала из-за этого менее красивой и желанно для Ивана.
- Все нормально, - сказал он. – Надо всегда использовать то, что есть. Спросим у здешних жителей, может, найдется для тебя нитка с иголкой. И что-нибудь на ноги…
Обуви вот не было, и это проблема. Иван пожалел хорошие ботинки (свои и Мэри), которые пришлось выкинуть. Но хоть носки пока есть, и то хлеб. Может, получится придумать тут какую-то обувку. Когда Иван наклонился, чтобы натянуть носки, то накатила дикая тошнота и башка закружилась. Чтобы не волновать Мэри, он постарался скрыть это, сделав вид, что просто потерял равновесие. Но вынужден был сесть на лавку, чтобы справиться с крайне неприятными ощущениями. Он держал на лице улыбку, глядя на девушку, которая одевалась. Но потребовалось секунд 10-15, чтобы жгучий ком в горле откатился обратно в желудок и болтанка в голове успокоилась. Но Иван решил больше резко не наклоняться. Шишки не мешали особо жить, а вот тошнота и головокружение совсем не нравились... Посидев, Иван осознал, насколько же он устал…
Мэри оделась. Малахов надел свой рюкзак и взял за лямки правой рукой рюкзак, который несла девушка.
- Пошли, - сказал он. – Познакомимся с теми, кто тут обитает. Не бойся, я с тобой.
Иван повел Мэри в проход, который незнакомец оставил открытым.

0

118

Едва переступив порог, мужчина вдруг хлопнул себя по лбу, так как вспомнил, что не оставил гостям обуви. Представив, как те понесут на своих ногах склизкую и, возможно, отравленную грязь, он заметался глазами по комнате. К счастью, прямо перед дверью стояли две пары резиновых сапог с обрезанным по щиколотку голенищем - они были очень удобны для того, чтобы быстро одеть без помощи рук и прошагать пару метров по грязному тамбуру по каким-нибудь мелким делам. В этот раз они были чистыми, так как совсем недавно делалась приборка. Облегчённо вздохнув, мужчина прошёл в комнату.
Помещение представляло собой большой зал, разделённый фанерными перегородками на четыре зоны, между которыми были свободные проходы. Первая зона была чем-то вроде прихожей, у входной двери обычно стояли тапочки и рабочая одежда (сейчас только сапоги), на полу постелен выцветший палас. Отсюда же можно было пройти в три другие зоны. Вторая была ни чем иным, как кухней - об этом свидетельствовало наличие подобающей утвари, кухонной плиты и деревянного стола со следами готовки, а ещё характерный запах. Через стенку располагалась комнатка с письменным столом, заставленным книгами и газетами, а так же кое-какой канцелярией. Рядом возвышались книжные шкафы, то же полные книг и журналов. Половина из этих шкафов также играла роль перегородки между комнатами. Последняя комната с трудом поддавалась чёткому определению её значения, но в своё время о ней больше всего рассказал бы большой старый диван, кофейный столик с кучкой немытой посуды и телевизор в углу. Каждый отсек соединялся друг с другом промежутком между перегородок, а также каждый имел по одной двери, ведущей в другие помещения. Через одну из таких и проник в эту комнату хозяин.
Первым же делом мужчина решил дождаться гостей. Когда те зашли вслед за ним, он уже освободился от ручной клади, повесил верхнюю одежду, противогаз и автомат на крючок перед дверью.
- Тебя нужно как можно быстрее заштопать и положить под капельницу, иначе захиреешь. Ничего против твоей подруги не имею, но если она не успела надышаться, то пусть пока побудет в стороне. А сейчас в лазарет.
Незнакомец повёл Ивана в дверь через кухню, при этом явно давая понять Мэри, что ей лучше не идти следом. Мужчина вошёл в следующее помещение, из которого сразу пахнуло больницей, проводил внутрь Малахова, но дверь закрывать не стал, так что девушка могла видеть их из гостиной. Он подошёл к перевязочному столу, пригласил раненого занять соответствующее место, и после этого разложил рядом чемодан. Внутри оказалась просто прорва всевозможных хирургических принадлежностей, перевязочных материалов и кое-каких медикаментов. Иван ясно мог видеть, как из аккуратно сложенных ячеек на свет появляются ножницы для бинтов, острые металлические крючки и кетгут, а также вата и раствор йода.
- Можешь держать руку на весу горизонтально?

+1

119

Шагая за незнакомцем по полутемным помещениям, Иван сравнивал себя и Мэри с Гензелем и Гретель. Для полного счастья не хватало только мешка камешков или хлебных крошек, которыми можно было бы помечать путь. Но Малахов пока запоминал дорогу на всякий случай, благо пока пройденных комнат и коридоров было немного. Человек был немногословен, крепок на вид, и явно не молод. Иван вспомнил как встречал на поверхности мужика старшего поколения, поэтому уже не особо удивился, увидев тут такого же дядьку. Попав в населенные отсеки, представлявшие собой как бы квартиру из нескольких комнат, внимательно осматривался. Цепкий взгляд неплохо обученного разведчика выхватывал говорящие детали из этой мусорки. Малахов довольно быстро понял, что тут живет один человек. И захламил он свое убежище изрядно. "Интересно, зачем ему телевизор, когда давно уже нет никаких передающих станций? Видео смотрит, что ли?" - подумал Малахов.
Иван хотел заговорить с ним, но они все куда-то шли, и мужик себя вел как-то так, что Малахов почему-то ощутил не свойственную ему робость. Да и наблюдал за новым окружением. Рассматривал оружие, которое нес хозяин "жилища". Сперва показалось странным и незнакомым, но потом Иван с удивлением понял, что это русский АК! Где он его взял тут, непонятно... Хотя, в США все можно найти. Когда незнакомец демонстративно повесил на крючок шмотье и ствол, Малахов немного расслабился. Человек показывал, что доверяет пришельцам и нападать не собирается. Хотя, Малахову подумалось, что для мужика не будет проблемой быстро схватить винтовку. Он был в хорошей физической форме и с оружием управлялся умело, особенно это было видно в тоннеле, хотя Иван там плохо соображал и мало что видел.
Когда человек привел Ивана и Мэри в свою "спальню" и повернулся, то в тусклом свете ламп Малахову показалось, что он чем-то знаком ему. Но гул в голове и все еще рассредоточенное внимание после избиения и приема сильного обезболивающего, видно, притупило восприятие. Хотя детали жилища вальгалловец видел и анализировал вполне быстро. Мужик предложил "заштопать" Ивана и положить под капельницу. Предложение Мэри побыть в стороне не понравилось. Тут было много дверей, и иван боялся,ч то из них может внезапно появиться толпа кого угодно. Закралась мысль, что в тоннеле могло быть столкновение двух группировок. И спасение двух людей - только уловка, на которую Иван повелся. И сейчас их завели и блокировали неизвестно где. Малахов не хотел удаляться от Мэри, хотя практика показала, что он хреновый защитник девушки, если наваливается толпа. Наверно, незнакомец увидел, что иван занервничал после предложения разделиться с Мэри, и оставил все двери к его "лазарету" открытыми, чтобы Малахов все время видел подругу. Тут был стол, стулья, больничный запах. Сомнительно, что тут соблюдалась стерильность, но выглядело все чистым. И свет тут был ярче. Поэтому иван смог лучше разглядеть своего провожатого. Теперь его лицо было просто мучительно знакомым Ивану. Пока человек открывал чеможан и доставал инструменты и медицинские мелочи, Малахов смотрел на него во все глаза. И он узнал его. Это был тот самый Ричард Блэкмор, который спас его от убоя в Планкинтоне три года назад. Иван все еще немного сомневался, потому что сейчас его спаситель выглядел несколько иначе. Но готов был поклясться, что это он. Однако мужик никак не показывал того, что узнал Ивана. Может, и не узнал... И Малахов сейчас не был уверен, нужно ли, чтобы его узнали. Учитывая ситуацию наверху, лучше пусть не узнает. Но элементарная порядочность и благодарность за жизнь, которой у вальгалловца и его девушки сейчас могло уже не быть, требовали раскрыться. Однако Иван пока колебался.
- Можешь держать руку на весу горизонтально? - спросил Блэкмор (если это был он), достав из чемодана кучу медицинских инструментов.
- Не уверен, - ответил Иван, усевшись возле стола. - Мышца перебита, трудно поднимать и держать. Я уже пробовал. Но можно какой-то валик соорудить, чтобы опора была.
Он понимал, что Ричард прав, и рану надо зашить. Но что-то нехорошо стало ему от вида инструментов. И опять затошнило (возможно от обезболивающего, которое являлось опиатом). В Вальгалле он привык к лазерным скальпелями и одноразовому инструментарию, а тут все было полностью металлическим, довольно грубым на вид. Но выбора-то все равно не было. Сам себя Малахов не зашьет.
Иван снял с себя рубашку и майку, и увидел, что кровь все еще толком не остановилась, даже с тугой повязкой. Темное небольшое пятно уже просочилось на ее верхний слой. Шить - не миновать.
- Я хочу поблагодарить вас за то, что вы нам помогли там. Я не знаю, чем отплатить вам за это, - сказал он, шумно сглотнув, чтобы отогнать тошноту. - Вы когда-нибудь это делали раньше? Давайте поторопимся, потому что я недавно вколол себе раствор тартрата бутарфанола. Лучше закончить, пока он действует. Не думаю, что добавлять дозу будет разумно. Мне и так хреново, если честно... Да и обезболивающего не так уж много с собой.
Иван бросил взгляд в дверь, где осталась Мэри и увидел, что она решила не сидеть без дела и принялась наводить порядок на столе в гостиной. Она ободряюще улыбнулась Малахову, и он кивнул ей, улыбнувшись в ответ. Затем снова повернулся к Блэкмору. Его подмывало спросить, он это или нет. Но решил пока промолчать. Отвечать на вопросы, что тут делает вальгалловец, он не хотел. Соврать всегда можно, конечно, но не хотел этого Иван делать по отношению к человеку, который второй раз отбирает его у смерти. А сейчас еще и Мэри.
- Мы вас не напряжем надолго, - произнес он, размотав повязку и устраивая руку на столе с помощью двух валиков, наскоро свернутых из рубашки и какой-то белой тряпки, висевшей на спинке стула. - Мы только поспим и уйдем.

0

120

Оценив повреждения и решив, что рукой всё же двигать нежелательно, мужчина внял словам раненого. Он практически не глядя вытащил ногой из-под стола низкий табурет и подтолкнул его ближе к Малахову. Немудрено было сообразить, что относительная высота этих двух предметов мебели такова, что Иван мог сесть на табурет и положить руку туда, где сидел до этого, при этом та была полностью открыта для врачевателя и притом лежала бы совершенно свободно, без излишнего напряжения мышц.
Пациент предусмотрительно снял рубаху, хотя врач уже было нацелился вырезать окно в одежде. Рана была сквозной, но точно не пулевая - возможно, пострадавший в дороге нарвался на что-то торчащее, как то мог бы быть обломок арматуры или иной похожий предмет. Так или иначе, внутрь могла попасть зараза, и прежде чем приступать к хирургии, требовалось промыть и обеззаразить всё изнутри. Мужчина повернулся к графину с водой, налил в глубокую миску, затем вытащил из чемодана ампулу и ловким движением отломил носик. Малахов не мог не заметить, как в воду с лёгкими пузырьками посыпался лимонного цвета порошок, точь-в-точь как то облачко, что отравило его. Однако, этот высыпался легко, без испарений, и в помещении сразу же запахло какой-то микстурой.
- Сейчас фурацилином промоем, потерпи. - предупредил врач, после чего достал из того же чемодана резиновую грушу с носиком, какой обычно ставят клизмы младенцам, сжал её и набрал раствора из миски.
Носик клизмы аккуратно, но всё же болезненно вошёл в открытую рану. Иван ощутил, как внутри плеча разливается холод, который отчасти гасил боль, но затем тут же сменялся всё нарастающим жжением.
- Благодарности потом, а то вдруг ещё загноится, придётся ампутировать. - на полном серьёзе ответил мужчина, но судя по тому, как на его лице промелькнула тень улыбки, это была всего лишь скромность, прикрытая довольно чернушной шуткой.
С другой стороны раны тонкой струйкой полилась вода вперемешку с кровью, но с каждой секундой всё светлела, пока не приобрела стабильный бледно-розовый оттенок - лучше уже быть не может. Мужчина вновь запустил руку в медицинский кейс, достал гладкую пластиковую палочку размером с карандаш и коричневую склянку с выцветшей этикеткой, на которой с трудом угадывались старомодные печатные буквы. Лекарь открыл её, запустил внутрь палочку и выудил жирный кусок какой-то белесой мази, по консистенции напоминавшей засахарившийся мёд. Эту палочку вместе с мазью мужчина ввёл в первое отверстие раны, просунул внутрь на несколько сантиметров и слегка покрутил, затем вновь зачерпнул мази и повторил операцию с другой стороны. Однако, надо было отдать должное - после всех этих манипуляций кровотечение как будто остановилось, хотя внутри плечо сильно горело и щипало, но в пределах терпимого.
- Скажи ей, чтобы ничего там не трогала, - сказал человек после того, как краем глаза увидел движения девушки, ориентированные на взаимодействие с предметами окружения, - Я там крыс вчера выводил отравленными сухарями, как бы не съела чего.
На перевязочном столе появились все необходимые инструменты и материалы в готовом для операции состоянии. Мужчина взял иглу, подготовил кетгут. На несколько секунд он выжидающе посмотрел на Малахова, словно пытался понять, стерпит ли тот многократное протыкание собственное шкуры без анестезии, затем, видимо, нашёл в его глазах утвердительную готовность и приступил к наложению швов. Понимая, что пациент даже под действием слабеющего обезболивающего чувствует уколы как нельзя лучше, врач старался делать всё очень быстро и экономично, делая узлы только там, где это действительно необходимо. Было очевидно, что подобного рода занятия для него не являлись чем-то особенным, скорее рутиной. Так или иначе, зашивание было выполнено успешно, и за это время из раны не вытекло ни капли крови, только выглядывающая наружу мазь слегка побагровела.
- Если бы меня напрягало ваше присутствие, я бы предоставил вам заниматься лечением самостоятельно. - сказал напоследок мужчина, попутно протирая и укладывая инструменты обратно в чемодан, - Что же до отдыха, то я бы настоял на более длительном "больничном", хотя бы с медицинской точки зрения. Но если тебе охота отправиться в путь как можно быстрее, не могу задерживать. Вот только мне лично это не кажется здравой идеей - после того шухера, что вы навели в тоннеле, местные ещё долго на ушах стоять будут и в течение первых двух-трёх дней точно перероют всё вокруг, пока не задолбаются или вас не найдут. Так что, если тебе не горит, рекомендую пересидеть здесь хотя бы пару суток, тем более что нам есть о чём поговорить, Иван.

0


Вы здесь » Новый мир » Летопись » Долг жизни


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC